* * *

Его отпустили досрочно. Все вышло буднично, без намека на торжественность. Он привычно прошел по коридору, остановился у окна проходной. Расписался в журнале у вахтера, на стене за спиной которого красовался плакат: «Я честно трудился, хорошо себя вел и освободился досрочно. А ты?», и вышел.

Его никто не встречал. Чикатило шел вдоль пустой дороги. Услышав вдалеке нарастающий звук работающего мотора, он остановился, обернулся. Завидев едущий вдалеке «жигуленок», поднял руку.

Автомобиль приблизился, притормозил. Водитель подался к нему через переднее сиденье, принялся крутить ручку, опуская стекло:

– Здравствуйте, – приветствовал Чикатило. – Я в Новочеркасск еду. Подбросите? Хоть докуда?..

Водитель открыл дверь:

– Садись.

Чикатило сел на переднее сиденье, пристегнулся. Посмотрел в зеркало. На заднем спали двое ребятишек – мальчик и девочка.

Машина тронулась.

– А чего тебе в Новочеркасске? – спросил водитель.

– Дом у меня там.

– Не ближний свет.

– Знаете, как в песне поется: «Далеко-далеко отсюда мой дом, и все-таки он начинается здесь»[13], – улыбнулся мужчина.

Он снова посмотрел в зеркало – вид спящих детей был невероятно притягателен. Чикатило быстро облизнул пересохшие губы. Заметив это, водитель насторожился. В салоне возникло нехорошее напряжение.

– У меня тоже сын и дочка, – улыбнулся Чикатило, разряжая атмосферу. – Только постарше.

Заметно успокоившись, водитель кивнул и принялся крутить верньер радиоприемника «Турист», висящего на зеркале заднего вида.

* * *

Отбывая положенный срок на принудительных работах, Чикатило прекрасно знал, чем живет его семья. Знал, что жена с сыном и дочерью переехали в Новочеркасск. Знал, что обустроились в новой квартире. О том, что его досрочно отпустят, он тоже знал. Но не посчитал нужным информировать семью.

Он хотел вернуться так, будто ничего не произошло. Будто он просто уезжал в длительную командировку. Поэтому, прежде чем ехать домой, Чикатило решил утрясти вопрос трудоустройства и отправился на электровозостроительный завод.

Теперь он сидел перед директором, который внимательно изучал его анкету. Анкета, еще недавно идеальная, была подпорчена теперь нехорошей статьей, и это директору явно не нравилось.