Тогда вы также сказали: ничего тут явного такого нет. Как бы и это для детей, и то для детей. Мне кажется, тут дело в том, что ваши рассказы ориентированы не на взрослых или детей, а на своего читателя. Потому что и «Недопёском», и «Васей Куролесовым», и другими книгами может зачитываться и наслаждаться тот, кто любит язык, стиль, способен оценить жанр, правда?
Ю. К.: Конечно. Наверное, так. Ну, наверное, так, Ириш. Ты смотри, ты сама решай, ты же умный человек, ты сама, сама же читаешь, сама знаешь.
И. С.: То есть для вашей прозы это не было принципиально большим изменением. Это не было тем адаптированием, которое упрощает и низводит до пересказа.
То есть для вашей прозы это не было принципиально большим изменением. Это не было тем адаптированием, которое упрощает и низводит до пересказа.
Ю. К.: Нет-нет-нет… Я бы сказал даже так… Во-первых, я писал, может быть, о взрослых проблемах, но языком, понятным для детей. Вот почему у меня нет банальных детских героев. Дошкольник Серпокрылов? Но это же Ван Гог. Вера Меринова — сложившаяся женщина. Только такие у меня возможны. Как сказал однажды Белов (Художник Виктор Белов): Коваль — это детский Солженицын.
И. С.: Серьезно? Давайте в этой связи вспомним историю выхода «Недопёска».
Серьезно? Давайте в этой связи вспомним историю выхода «Недопёска».
Ю. К.: Конечно. «Недопёсок» выходил очень тяжело, один из главных зам главного редактора «Детгиза» Борис Исакыч Камир пришел в ужас. Ему дали подписывать, он курировал детскую литературу. Говорит: Это что, для дошкольников? Ему сказали: Да, по дошкольной редакции. Он пришел в полный ужас и книгу снял. Уже с рисунками Калиновского.
И. С.: Она выходила сразу в виде книги?
Она выходила сразу в виде книги?
Ю. К.: Нет, она в «Костре» была уже напечатана. Борис Исакыч Камир вызывает меня и говорит: Юрий Осич, это невозможно. На что здесь намеки?
И. С.: Это еще был полный текст, да? С золотой китайской ручкой, с пыжиковой шапкой директора Губернаторова?
Это еще был полный текст, да? С золотой китайской ручкой, с пыжиковой шапкой директора Губернаторова?
Ю. К.: Да-да-да-да. Он говорит: Здесь у вас сплошные намеки. Вы даже как будто посягаете на Константин Михалыча Симонова. Я говорю: А что на него, собственно…
И. С.: Это в каком смысле?
Это в каком смысле?
Ю. К.: А у него Серпилин есть герой, а у меня дошкольник Серпокрылов.
И. С.: А про генералиссимуса (Звание, до которого дошкольник Серпокрылов дослужился в своих необузданных мечтаньях) он ничего не сказал? Ю. К.: Генералиссимус был вычеркнут с самого начала. И. С.: До него уже не дошло. Значит, слава Богу, удар его не хватил.