Когда-то Юлий Ким сказал, что Юра очень высоко вознес планку детского писателя. Это абсолютно правильно. Мне кажется, что ее и сейчас, эту планку, никто не может преодолеть. Пускай они на меня не обижаются, я говорю про собственные ощущения, но думаю, что даже лучшие ученики Коваля, такие как Марина Москвина, например, со мной с удовольствием согласятся. Интересно, что Марине в очень большой степени передалась доброжелательность Коваля. Юра был очень доброжелателен ко всему талантливому. И в этом смысле Марина — типичное ковалевское продолжение.
Мы обычно мало ценим того, кто находится рядом с нами. Мы, например, проводили много времени с Ковалем. Может быть, мы иногда мало его хвалили, таких людей надо чаще хвалить. Для творческого человека это просто необходимо. И вы не прогадаете — от этого у него только появится больше хороших произведений. И сейчас, вспоминая, понимаешь, что он был явно «замолченным» писателем. О нем любили почему-то молчать, в то время как нужно было говорить, и говорить с гордостью.
Однажды, сидя в избе, я услыхал какой-то шум на веранде. Вышел посмотреть, а там мечется от меня к окну большая желтая птица, присмотрелся — иволга! Накануне мы застекляли новую веранду, одно стеклышко разбилось и один проем окна остался без стекла. Туда и залетела красавица-иволга.
Смотрю я на нее, любуюсь, а она все мечется из угла в угол, все ищет выход. Открыл я дверь настежь — лети, бедолага, хватит мучиться!..
А она забилась в угол, отдыхает, в себя приходит.
Смотрю в окошко, идет к нам Евдокия Павловна, что-то в передник завернула и бережно несет, значит, испекла что-то вкусное, хочет меня угостить.
Заходит она на веранду, а иволга ей навстречу шарахнулась и вылетела вон.
Ахнула Евдокия Павловна, от неожиданности чуть пирог не выронила.
— Александрыч, а ведь это нехорошо, когда птица в дом залетает. Это кто-то у тебя помер…
— Типун вам на язык, Евдокия Павловна, скажете тоже… Поговорили мы о том о сем, она домой пошла. Я взял
удочки и побежал на озеро. Часа два я на озере пробыл, смотрю, бежит Миша, зять Коли Устинова:
— Дядя Витя, я за вами приехал! Скорей в Москву надо! Коваль умер, давайте скорей собирайтесь, Николай Александрович вас уже ждет!
Красивая ты птица, иволга, а сколько горя принесла!
Октябрь 2007 года Записала и подготовила к печати Ирина Скуридина
Михаил Левитин. От нашей бумаги вашей бумаге
Михаил Левитин. От нашей бумаги вашей бумаге