— Тогда продолжайте рассказывать. Это интересно.

Анатолий Гаврилович тяжело вздохнул, как бы переживая все заново, стал вспоминать:

— Когда-то я написал серию очерков «На земле Сталинградской». В них многое описано. Но был со мной и такой случай, о котором я не писал еще.

— Храните, значит, в блокноте? Для новой книги?

— Да. Но в связи с затронутой темой о месте журналиста и писателя в боевой обстановке, пожалуй, расскажу. Это было, когда враги вошли уже в Сталинград. Однажды ночью, забрав пачку только что отпечатанной дивизионной газеты, я отправился в полки дивизии, которые, как мне сообщили в штабе, вели бои на юго-западной окраине города. Был я уже редактором газеты «За Отчизну». Переправившись через Волгу, я уверенно зашагал по разрушенным сталинградским улицам, зная, что передовая далеко впереди. Неожиданно слева и справа застрочили немецкие автоматы. Я попытался укрыться за стенами разрушенного дома, но и там попал под огонь автоматчиков. Стало ясно, что вокруг — гитлеровцы. Перебегая от дома к дому, я начал быстро отходить к Волге. И на всем пути меня преследовали автоматные очереди противника. Когда я укрылся под берегом, начинало уже рассветать. Тут же под берегом оказалась группа красноармейцев с автоматами и ручными пулеметами. Возглавлявший группу сержант сообщил мне, что ему приказано привести красноармейцев в район Бекетовки для пополнения 131-й стрелковой дивизии. Мне стало ясно, что дивизия наша отошла от города к Бекетовке, которая находится к югу от Сталинграда. Решил пробираться в этот район вместе с группой красноармейцев. Сперва шли вдоль берега Волги, укрываясь за обрывами, потом на окраине города свернули в балку, что вела в направлении Бекетовки. Но едва оторвались мы от реки метров на двести, как со стороны разрушенных домов немцы открыли пулеметный огонь. Послышались голоса: «Рус!.. Еван, сдавайсь!» Сержант, который вел красноармейцев, оказался человеком неопытным, в боях еще не участвовал, и как быть в сложившейся обстановке, не знал. Пришлось мне сразу же руководство красноармейской группой взять на себя. Я знал по опыту, что гитлеровцы мастера создавать шум и воздействовать им на слабонервных, и, чтобы остудить гитлеровцев, нужно было показать им нашу активность. Я приказал пулеметчикам прямо из балки открыть огонь и заставить противника замолчать. Так и получилось: едва заработали наши пулеметы, активность врага сразу угасла. Под прикрытием наших пулеметов мы довольно скоро и благополучно пришли в Бекетовку. Командир дивизии был весьма удивлен тому, что мы сумели с газетой пробраться через участок, который по донесениям разведки был занят противником. «Выходит, непрочно сидят немцы?» — сказал полковник и велел готовить наступление. В тот же день подразделения дивизии оттеснили противника от Волги и закрепились на окраине Сталинграда. А меня представили тогда к первой боевой награде…