Мы гуляли с час и наконец дошли до его любимого бара при книжном магазине. Мы, конечно, забежали и в сам книжный. Среди стопок книг, поверх всех остальных, лежала книга Ромы. Продавщица приветливо кивнула ему. Интересно, что это за чувство – зайти в магазин и увидеть там свою книгу?

Когда мы зашли в кафе, Рома по привычке кинул взгляд по углам в поиске камер. Мы сели разговаривать дальше. Ромка заказал нам вина. Не с каждым можно выпить вина днем в удовольствие. Наша встреча была для меня настоящим праздником, но все же мы виделись с ним впервые, и я испытывала определенную неловкость. На тот момент это был единственный человек из ныне живущих, чьи тексты я не просто читала, но и уважала до глубины души. Мы говорили о многом, а потом речь зашла о заработке. Забавно, но, когда говоришь людям о своей «Жизни в дороге», большинство представляют себе утопическую картину. Чувак по мечте живет, думают они, не задаваясь вопросом о том, чего эта мечта стоит. Я уже тогда хорошо знала, что у всего есть своя темная сторона, и именно о ней мне хотелось расспросить Рому больше. У нас был долгий разговор. Я сохраню здесь только последнюю его часть.

– Как у вас было с работой в Штатах? Возможно было устроиться кем-то?

– Возможно, конечно. В Штатах возможно все. Это зависит от знания английского, от амбициозности вообще, от желания общаться с америкосами. Надо понимать, что до этого я три месяца ехал на машине, которая ломалась каждые 300 километров; я чинил ее жвачкой, и всю дорогу мы просили у американцев денег, попрошайничали на бензин, потому что у нас не было уже денег, чтобы доехать обратно до Аляски. Словом, работать не хотелось ни на тех, ни на других по разным причинам. Работа на дядю – это всегда прогибание. Ты должен быть polite с ним, ты должен играть в хорошего подчиненного, он должен играть в хорошего босса. Он должен тебя дрючить, ты должен прогибаться. Вот эта игра, а это всего лишь игра, не более, это лицемерие, оно меня душит по жизни. Поэтому я и сейчас никем не работаю. Хуйней занимаюсь просто, и непонятно, каким образом деньги ко мне приходят. Каким-то чудом еще приходят. Но в один прекрасный момент, наверное, перестанут. Вот, а там, в Штатах, выбора особого и не было. Можно было торговать наркотой, но это было уже слишком… Не с моральной точки зрения, здесь она меня не волновала, просто это был слишком рискованный бизнес. Это большие деньги, но уровень риска тоже большой. А можно было воровать в магазинах, и мы делали это четко, грамотно, в команде. Глупили иногда. Но тогда тьфу-тьфу-тьфу, нас проносило, и никто не поймал ни разу. В один момент мы просто уже реально стали перегибать.