Кажется, в итоге он сам позвонил Саше Рюмину (Александру Алексеевичу, в то время главному художнику журнала «Наше наследие». – Д. С.), с которым у них были давние хорошие отношения, и предложил заняться альбомом, – вспоминает Ольга Максакова. – Рюмин начал делать альбом, происходил отбор работ для него, и Юрий Николаевич немного воспрял. Процесс этот начался в конце 2012 года, а вышел альбом летом 2013-го. Технических хлопот было много: делали новую фотосъемку, я расшифровывала прежние аудиозаписи, приезжала в редакцию журнала смотреть версии макета и вообще служила посредником между живописцем и дизайнером. А Коля финансировал издание. Правда, для Юрия Николаевича после окончательного отбора работ там уже не было занятия: я ему только давала краткие отчеты о ходе событий, что его в те моменты увлекало. И вот, наконец, мы сидим в Малаховке, и Коля привозит из типографии два экземпляра альбома. Удивительное событие! Юрия Николаевича это опять несколько подняло.

Кажется, в итоге он сам позвонил Саше Рюмину (Александру Алексеевичу, в то время главному художнику журнала «Наше наследие». – Д. С.), с которым у них были давние хорошие отношения, и предложил заняться альбомом, – вспоминает Ольга Максакова. – Рюмин начал делать альбом, происходил отбор работ для него, и Юрий Николаевич немного воспрял. Процесс этот начался в конце 2012 года, а вышел альбом летом 2013-го. Технических хлопот было много: делали новую фотосъемку, я расшифровывала прежние аудиозаписи, приезжала в редакцию журнала смотреть версии макета и вообще служила посредником между живописцем и дизайнером. А Коля финансировал издание. Правда, для Юрия Николаевича после окончательного отбора работ там уже не было занятия: я ему только давала краткие отчеты о ходе событий, что его в те моменты увлекало. И вот, наконец, мы сидим в Малаховке, и Коля привозит из типографии два экземпляра альбома. Удивительное событие! Юрия Николаевича это опять несколько подняло.

Альбом под названием «Юрий Ларин. Избранное» действительно удался – он вышел внятно структурированным, качественно иллюстрированным, содержательным и ничуть не помпезным (как раз помпезности, к сожалению, редко удается избежать в подобных монографиях). При работе над книгой образовалась небольшая группа соучастников и «болельщиков», каждый из которых вносил какой-нибудь свой вклад. В частности, роль одного из двух редакторов взяла на себя Елена Пашутина, жена Александра Рюмина и по совместительству организатор всех художественных выставок в редакции «Нашего наследия» – именно она семью годами ранее устраивала здесь показ ларинской «Каталонской серии». Теперь пришла очередь издательского проекта. Как мы помним, Юрий Николаевич ценил дружеские связи и всегда очень рассчитывал на тех, кто оказывался в кругу людей, вызывавших у него доверие. Голый и отвлеченный «профессионализм», не подкрепленный взаимным пониманием, его бы, скорее всего, настораживал.