Заняв министерский пост, депмин занимается не профессиональной деятельностью, а лоббированием интересов своей партии, невзирая на интересы государства. Периодически такой депмин толкает нереальные идеи, потом проходит время (обычно два-три года), этот министр исчезает и приходит другой с такими же проектами, направленными на получение козырей к следующим выборам. Технологию назначения министров можно проиллюстрировать откровением кавалерист-девицы, отставного бригадного генерала Мири Регев по поводу назначения ее министром культуры в 2015–2019 годах: «Я Нетаниягу так и сказала: пожалуйста, что угодно, только не культура! Художники – горстка нытиков, которые только и делают, что жалуются, – это всем известно. Но он меня заставил. И я рада послужить своей стране». Комментариев не надо, легко вообразить, как г-жа Регев служит стране и руководит израильской культурой. Российская кавалерист-девица Н. А. Дурова, по крайней мере, совмещала службу в гусарской кавалерии с литературной деятельностью.

Дежурные депмины не могут нормально управлять своими отраслями. Израильская легенда говорит, что управление находится в руках так называемых генеральных директоров, но это не совсем так – новые министры назначают новых некомпетентных директоров. Бывают, конечно, редкие рабочие исключения и депмином становится дельный человек. Коллеги-министры и премьер смотрят на таких косо, поскольку они тут же считаются скрытыми кандидатами в премьер-министры. Как же… зачем он старается!

А возьмите замечательную практику «политических назначений». В Израиле каждый министр имеет свою узаконенную квоту таких назначений, куда неизменно входят товарищи по партии, друзья и родственники.

Страшным бичом является то, что все депмины временщики, а это исключает в Израиле долгосрочное планирование на перспективу и внедрение большинства фундаментальных проектов. Депминные правительства в стране меняются вместе с Кнессетом в среднем каждые два года вместо положенных четырех, и их члены ориентированы на следующие выборы. Какие уж тут долгосрочные программы и перспективы, которые принесут дивиденды, когда депмина уже может и не быть. Игорь давно выступал с предложением отказаться в Израиле от термина «министр», как полностью не соответствующего истинному содержанию этой должности. Взамен он предлагал использовать слово «смотрэм» – сокращение от «смотрящий эмиссар», которое наилучшим образом отражает роль израильского министра.

В качестве второго варианта названия он предлагал аналог македонского слова «доебник» (в переводе на русский – любовник). Поскольку любой министр имеет только одну главную задачу – досидеть на своем месте каденцию, то министров предлагалось называть «досидник» – чем плохо: досидник иностранных дел или премьер-досидник!