Через неделю профессор улетел в Белград, оттуда в Подгорицу и уже из Подгорицы позвонил в Велка-Битее – маленький городок недалеко от Брно. В этом городке находилось отделение компании PBS, специализирующееся в области силовых установок и другого авиационного оборудования. Также это подразделение занималось высокоточной обработкой твердых сплавов, включая титановые. Он дозвонился до главного инженера и договорился с ним о встрече. Главный инженер был чех, и он сразу определил русский акцент в английском профессора. Профессор прилично говорил на английском, но русский акцент был неистребим, и понимающие люди его быстро определяли. Представился Игорь российским инженером, ныне работающим по контракту в Иордании. Все уже привыкли к тому, что российские инженеры есть где угодно, и такое представление чеха нисколько не удивило.

В Черногории Олег с Игорем посетили большой медный рудный карьер, где работало около тридцати карьерных самосвалов, в большинстве своем японской фирмы «Комацу». Руководство карьера хотело бы конвертировать эти машины для работы на сжиженном природном газе при условии, что фирма Олега организует их заправку газом, доставляемым для алюминиевого комбината. Кроме того, Олег сообщил ему, что принято решение о постройке терминала для приемки танкеров со сжиженным газом в черногорском порту Бар. Профессор подумал, что теперь работы ему до конца жизни точно хватит и главное – всё это физически выдержать. А выдержать было трудно. Один из его американских знакомых, переживших злокачественную лимфому и химиотерапию, предупреждал его, что после этого люди быстро устают: «Имей в виду, что, прилетев куда-нибудь далеко, ты не сможешь в тот же день нормально работать, и планируй работу на следующий день». Нарушая это правило, профессор чувствовал к вечеру огромную усталость и всячески отнекивался от дружеских походов в рестораны, которые в поездках часто бывали. Но делать было нечего, переехав в Израиль, он как бы начал жизнь сначала, и это было уже не так легко, как переживать первую жизнь.

Профессор заказал билет из Белграда в Прагу и оттуда вылетел в Брно. Там он арендовал машину и доехал до Велка-Битеса. В договоренное время Игорь предстал перед главным инженером – коренастым светловолосым чехом, который немного говорил по-русски. Они в принципе договорились о поставке трех турбореактивных двигателей в Иорданию, однако Игорь взял некоторое время для уточнения заказываемых моделей и модификаций.

Из Велка-Битеса Игорь позвонил Сереже Грачеву в Миасс, где тот проживал. Его жена Лена умерла несколько лет назад, а двое сыновей женились и разъехались кто куда. Ленина девичья фамилия была тоже Грачева, и она училась в одном классе с Игорем и Сережей. Она с мамой приехала в 1956 году в Челябинск из Шанхая и была дочкой русской эмигрантки и француза армянского происхождения. Маму Лены одолела тоска по родине, а француз не захотел ехать с ней в СССР и остался в Шанхае. Лена была потрясающе красива – огромные черные глаза, обрамленные пушистыми ресницами, вьющиеся иссиня-черные волосы, персиковая кожа, стройная фигура. Несмотря на это, она имела полный неуспех у мальчиков в школе и потом у молодых людей после окончания школы. Причиной был совершенно невыносимый характер Лены. Ребята в школе ее просто боялись. Сережа женился на ней, будучи уже на последнем курсе института перед распределением.