28 сентября 1922 г. Дзержинский направил письмо в ЦК РКП(б) на имя В.М. Молотова: «Состояние органов ГПУ внушает опасение. Нет наплыва свежих ответственных товарищей, старые болеют, другие бегут. О матер. обеспечении я вношу предложения в Орг. бюро согласно заданию. Здесь просьба рассмотреть в Секретариате возможность присутствия на докладах секретарей губкомов о положении губерний в ЦК нашего (ГПУ) начальника Админорга для того, чтобы он был ближе привлечен к положению губерний и ближе знакомился с состоянием наших органов. Начальником Админорга у нас т. Воронцов»[573]. И снова, 11 октября 1922 г. теперь уже в Бюро секретариата ЦК РКП(б), обсуждается материальное положение сотрудников. С докладами выступили Г.Г. Ягода, Ф.Э. Дзержинский и М.В. Фрунзе. Было отмечено, что «тяжелое материальное положение работников ГПУ, разлагающе действует на работу органов ГПУ». Бюро решило «направить представленный ГПУ материал в советском порядке, поручив зам. ред. СТО т. Каменеву (или Рыкову) в срочном порядке принять меры к созданию условий для надежного функционирования органов ГПУ»[574].
В самом ведомстве безопасности приняты меры для экономии государственных средств и усиления контроля над их расходованием. Тяжелое экономическое положение страны потребовало еще большего сокращения госаппарата. Председатель ГПУ предложил СТО не позднее 12 октября 1922 г. «перевести ГПУ и его органы в пределах отпущенных им денежных и продовольственных средств на коллективное снабжение с максимальным сокращением штатов, с тем, чтобы с 1 февраля, исходя из достигнутого сокращения, установить новые ставки, обеспечивающие прожиточный минимум сотрудников». Для ведения дальнейшей работы по сокращению штатов 16 октября 1922 г. он поручил подготовить циркуляр, в котором просил учесть, что бюджет ГПУ является «бременем для государства», что оно «потребляющее, но не производящее ведомство» и должно «жить за счет труда других… Поэтому необходимо со всей энергией приступить к экономии расходов и к сокращению штатов, не допуская ни развала, ни тунеядства… необходимо в ежемесячных отчетах отмечать, сколько губотдел стоил государству и что он дал государству»[575].
В повседневной жизни Дзержинский учил сотрудников скромности, ограничению своих потребностей, исходя из реального положения дел в стране. И подавал в этом пример.
Вот как описывает очевидец кабинет председателя ВЧК на Лубянке: «Зайдя в кабинет Дзержинского, мы нашли его согнувшимся над бумагами. На столе перед ним полупустой стакан чаю, небольшой кусочек черного хлеба. В кабинете холодно. Часть кабинета отгорожена ширмой. За ней кровать, покрытая солдатским одеялом. Поверх одеяла накинута шинель. По всему было видно, что Феликс Эдмундович как следует не спит, разве только приляжет ненадолго, не раздеваясь, и снова за работу».