На следующий день на заседании нашего штаба университетская подруга Глазьева по фамилии Мухина гневно обрушилась на меня: «Как вы смели предложить такой ролик к показу! Наш партнер, Общество трезвенников, возмущено вашим поведением!» - «Передайте трезвенникам, что пиво было безалкогольное. Правда, Сергей Юрьевич?» - подмигнул я Глазьеву. Все посмотрели на Глазьева, под глазами которого еще оставались набухшие следы изнурительной съемки.

Полушуточный яркий «пивной ролик» заинтриговал избирателей и привлек их внимание к нашей агитационной кампании, которую дальше мы вели уже в жестком, азартном и агрессивном ключе. Времени на раскачку и мобилизацию массовой поддержки у нас не было. Распространять в регионах тиражи газет и других печатных агитационных материалов было некому. Поэтому основные усилия и средства я сконцентрировал на телевизионных дебатах. Тем более что в списках «Родины» были блестящие полемисты, яркие и незаурядные личности, и грех было бы не использовать такую команду в прямом диалоге с избирателем.

Вторым нашим с Глазьевым выходом на телеэкран стала публичная рубка с Егором Гайдаром, посвященная 10-летию расстрела Верховного Совета России в 1993 году. После дебатов бывший премьер разгневанным колобком выкатился из студии.

В день черной годовщины 4 октября мы делегацией представителей блока «Родина» возложили венки к памятнику павшим защитникам парламента в парке Павлика Морозова у метро «Краснопресненская».

В пику всем партиям, участвовавшим в выборах, «Единая Россия» проигнорировала дебаты со своими конкурентами, причем как на государственных каналах, так и в самой популярной тогда передаче - «Свобода слова» на НТВ. Коммунисты, апеллируя исключительно к ядру своих сторонников и не пытаясь расширить их число, тоже решили отказаться от участия в «Свободе слова». На дебаты регулярно ходили только мы, «Яблоко», «Народная партия», ЛДПР и «Союз правых сил» (СПС).

В ходе дебатов, которые транслировались в прямом эфире, я вел дуэль с представителями «Союза правых сил», которые выбрали «Родину», Глазьева и меня в качестве своего главного врага. Мы в долгу тоже не оставались.

Вот эпизод одного из таких эфиров, приковавших к себе внимание, пожалуй, всей зрительской аудитории:

Борис Немцов: Вы знаете, мне очень не понравилось выступление президента. Дело вот в чем: он раскалывает общество такими заявлениями. Посудите сами. Посадили Ходорковского до суда, обращаю ваше внимание. Еще не доказана его вина. Кому-нибудь пенсию увеличили, зарплату увеличили? Сидят студенты, стипендии, может быть, им увеличили? Из страны вывезли деньги, прекратились крупные контракты, сократились инвестиции, сократились рабочие места, сокращаются поступления в бюджет. Результат? Нищая страна, больше бедных, и никакого экономического роста. Когда президент говорил, что надо удваивать валовой внутренний продукт, мы с ним были полностью согласны. То, что он сейчас делает, прямо противоположно его заявлению в послании. Второй момент. Я посмотрел, и наши юристы посмотрели, по каким статьям обвиняется Ходорковский, 10 миллионов человек можно посадить в тюрьму по этим преступлениям. Это преступления, связанные, например, с деятельностью предпринимателей без образования юридического лица. Вместо того чтобы сажать Ходорковского, налоги надо с них брать. И наше предложение состоит в следующем. Да, действительно, у них есть сверхдоходы. Да, действительно, мы можем и должны увеличить природную ренту. Но не так, как блок «Родина» предлагает, безумные цифры совершенно, а на 120-150 миллиардов рублей. Одновременно с этим надо снизить налоги на все несырьевые сектора, чтобы развивалась промышленность, сельское хозяйство, малый и средний бизнес, наукоемкие технологии. И в этом суть нашего предложения. Мы в августе предлагали Кремлю это сделать. Мы посылали им эти предложения. Результат -посадили, деньги из страны убежали, экономический рост остановится, а престиж России упадет. Вот и вся история.