Светлый фон

Предложение разработать стандарт цифровой студии было, на мой взгляд, очень подходящим. Рассуждал примерно так: если этой темой будут заниматься только вещатели, дело растянется на много лет, и нам придется на эти годы закрыть 11-ю комиссию. А если объединим усилия, мы добьемся большего, введем единый стандарт цифровой студии, действительно продвинемся в сторону цифрового телевещания. К тому же это поможет привлечь к нашей работе производителей оборудования, что очень важно.

В перерыве меня окружили делегаты, и я уже почувствовал их поддержку. Многие увидели реальные перспективы интересной работы и были заинтересованы в скорейшем запуске предлагаемых программ изучения. На доверие и откровенность я отвечал тем же: «Все зависит от того, удастся ли мне убедить директора МККР приступить к разработке студийного стандарта».

В итоге я смог провести это решение, но далось оно нелегко. Директор МККР Хербстрайт был категорически против, вещатели были против, SMPTE против.

Я тогда сказал: «Мне придется пойти против вашей воли не потому, что я пытаюсь расширять мандат Союза электросвязи, занимаясь студиями. Нам во всем стандарте нужна только одна позиция — формат цифрового потока на выходе студии и его скорость». Пришлось даже предъявить ультиматум: «Если мы с вами не дадим ориентиры в ближайшие годы, то будет скандал еще больше, чем с цветным телевидением. Либо вы мне разрешаете поставить исследовательскую программу по цифровой студии, либо мы вообще вынуждены останавливать все изучения по цифровому телевидению». Согласовали. Программу приняли.

* * *

Анна Кривошеева

Анна Кривошеева

Папа вернулся тогда из Женевы очень воодушевленным. Обычно он не рассказывал нам с мамой подробностей о своих заграничных командировках, а мы не сильно к нему с этим приставали. Но когда из Ленинграда приезжал мамин двоюродный брат дядя Игорь, а они с папой были очень близкие друзья, вот тогда папа с удовольствием и очень подробно ему рассказывал о своих успехах. Они часами сидели у папы в кабинете.

Папа вернулся тогда из Женевы очень воодушевленным. Обычно он не рассказывал нам с мамой подробностей о своих заграничных командировках, а мы не сильно к нему с этим приставали. Но когда из Ленинграда приезжал мамин двоюродный брат дядя Игорь, а они с папой были очень близкие друзья, вот тогда папа с удовольствием и очень подробно ему рассказывал о своих успехах. Они часами сидели у папы в кабинете.

В конце июля 1972 года дядя Игорь приехал на несколько дней по случаю папиного 50-летия. Первый вечер провели в кабинете. Помню, услышала часть их разговора. Папа говорил: «Я в этот раз в Женеве такую кашу заварил! О-го-го!» Правда, последовавшие затем подробности показались мне тогда совершенно неинтересными…