Вспоминает Марк Иосифович

И вот, представьте, начинается заседание. Решается судьба нового направления — цифрового телевидения, важнейшей сферы вещания на многие годы вперед. И ведет собрание новый председатель первый раз. И даже не председатель, а исполняющий обязанности из такой очень уважаемой в телевизионном мире страны, как СССР, который всегда решительно выдвигал предложения. И если уж выдвигал, то защищал как надо. И все с интересом ждут, какие шаги будут предложены.

Общее собрание 11-й Исследовательской комиссии МККР (Женева, июль 1972 г.). Слева направо: директор МККР Д. Хербстрайт (J. Herbstreit), исполняющий обязанности председателя ИК-11 М. И. Кривошеев, советник МККР Р. Фрум (R. Froom)

—

Прежде чем начались официальные процедуры представления вкладов, я попросил участников заседания о двух вещах. Во-первых, дать мне возможность изложить стратегию, которая, по моему мнению, была бы правильной для начала работ по цифровому телевизионному вещанию. Во-вторых, предполагая активное сопротивление моим неординарным идеям, просил участников собрания в своих выступлениях вначале формулировать свое предложение, а потом излагать все мотивировки, замечания и так далее. Я уже давно знал, что это неплохой способ уменьшить число выступающих.

Свою стратегию я изложил очень коротко. В чем заключалась моя идея?

Во-первых, предложил планировать внедрение цифрового телевещания в стандартных каналах, которые использовались в наземном, спутниковом и кабельном телевидении. При этом не менять существующие частотные планы. Во-вторых, не делать ставку на принципиально новые цифровые телеприемники, а сохранить у населения аналоговые цветные телевизоры.

И, конечно, напомнил, что наша цель — единый мировой стандарт. А поэтому третье ключевое предложение — передавать компрессированный цифровой телевизионный сигнал в едином формате.

Вначале меня встретили молчанием. Потом раздались возгласы: «Фантазер! Цифровые сигналы занимают десятки мегагерц, а он предлагает их передавать по стандартным каналам. Надо прекратить эту болтовню». Все в таком духе.

Я в ответ напоминаю, о чем изначально просил уважаемых делегатов: сначала давать предложения, а уж потом мотивировки и возражения. В зале молчание. Тогда спрашиваю прямо: есть ли альтернатива предложенному подходу? Если она есть, пожалуйста, выступайте. А если предложение безальтернативное, то, как показывает мой опыт, оно должно нас сплотить. Молчание в зале было мне ответом.