В первую очередь, изменения в «Рамблере» касаются состава акционеров. К уже имеющимся «Orion Capital Advisors» и инвестиционной группе «Русские Фонды» добавился инвестиционный банк «First Mercantile Capital Group», управляемый Юрием Лопатинским. Перечисленным акционерам принадлежат 100 % акций «Рамблера» (размер доли каждого из них «не раскрывается»).

До 29 июня в компании вводится структура временного управления. <…>

Исполнять обязанности президента «Рамблера» будет Антон Носик, до сих пор занимавший должность вице-президента. Экс-президент компании Михаил Ханов будет представлять интересы «Русских Фондов» в advisory board, не занимая при этом никаких исполнительных должностей.[284]

На состоявшемся собрании акционеров — 29 июня 2001 — года Носик стал легитимным президентом «Рамблера»[285], но ещё до формального назначения стал энергично принимать дела, пытаться наводить порядок и, главное, ковать стратегию.

21 июня Ханов с Носиком провели совместную пресс-конференцию, на которой вполне согласно говорили о том, как жить дальше.[286] А 28 июня Носик дал интервью на ту же тему «Clickz.ru»:

— В качестве и.о. президента холдинга Вы предпринимаете меры по сближению с Яндексом и СпайЛогом. Достигнуты ли какие-то договорённости? Вчера встречался с руководством Яндекса, СпайЛога и Порт. Ру в клубе «Герцен». Инициатива исходила от СпайЛога, так что сперва обсудили проблемы этого рейтинга. Потом зашла речь о ценах на рекламу, о месте рекламных агентств, конфликте интересов между байерами и селлерами, о новых технологиях ИМХО, о ТопЛисте и РУметрике. Ощущение того, что самым большим коммерческим успехом для каждого из нас стало бы разорение всех остальных, сидящих за столом, ни у кого, кажется, не возникало. Мне представляется, что мы вместе строим эту индустрию, и что на сегодняшний день каждый из наших проектов реализовал не более 10 % своего коммерческого потенциала. Мы можем, конечно, истратить все оставшиеся у нас силы и деньги на отгрызание соседских 10 %, — а можем объединить усилия для того, чтобы «добрать» недостающие 90 %. В 2000 году преобладала первая модель, потому что Рунетом рулили люди, которые пришли из другого бизнеса, в конкурентах они видели личных врагов, а про синергию в Интернете ничего не понимали. Теперь, слава богу, схлынул поток халявных инвестиционных денег — и варяги разбежались по офлайну в поисках иного заработка. А те, кто своими руками строили Рунет, остались. Это наша среда обитания, и нам тут вместе проще работать, чем друг с другом бороться.[287]