Правитель Фарса через голубиную почту прислал ответ о том, что дастур зороастрийцев Дарабуджерда умер и его останки перенесены в дахму (Дахма представляет собой строение, возводимое зороастрийцами в отдаленном месте, на вершине горы, где они оставляют своих покойников, которые постепенно сами по себе разлагаются — Марсель Брион).

Правителю Фарса я велел довести мое решение до всех зороастрийцев и разъяснил, что за те услуги, которые дастур Дарабуджерда оказал Амиру Тимуру, все зороастрийцы Фарса на пять лет освобождены от уплаты налогов.

После возвращения на родину, я наведался в город Кеш, чтобы увидеть, ведется ли там строительство в соответствии с тем, как я указывал. Я уже упоминал, что желал бы сделать Кеш самым красивым и самым благоустроенным городом Вселенной, собрав в нем все достопримечательности, имевшиеся в других её городах. Прибыв в Кеш, я прошелся пешком по его центральному проезду, ширина которого как я уже говорил достигала пятидесяти заръов, постучав в ворота, входил в дома, знакомился с тем как живут горожане, довольны они своим бытом или нет.

Я видел, что все дома оснащены всем необходимыми для нормального проживания, а их хозяева довольны своей жизнью. Часть строений в городе еще не были завершены, работы на них велись лучшими зодчими, строителями, каменотесами и облицовщиками, которых я собирал во всех уголках света.

Осмотрев Кеш, я возвратился в Самарканд, где провел не более десяти дней, потому что считал, жизнь в городе может только расслабить и изнежить тебя, вытеснить привычку и тягу к жизни в условиях военного лагеря в степи. Я бегу от неги и наслаждений, потому что уверен, всякий правитель отдавшийся им, будет ввергнут в прах, обязательно отыщется сильный враг, который смешает с пылью и кровью тело неженки и сластены.

Через десять дней я вышел из Самарканда, разбил лагерь в степи иначал готовить все необходимое для похода на Хиндустан. Пока шла подготовка снаряжения, воины неустанно, кроме дня пятничной молитвы, оттачивали и совершенствовали свое боевое искусство, и я вместе с ними каждодневно участвовал в тех занятиях, потому что моя плоть, как и плоть остальных воинов, требовала постоянных тренировок и упражнений, чтобы не размякнуть от безделия и не утратить свою силу и способность легко переносить усталость, иными словами — быть выносливым.