На другой день мы покинули тот край людей, прячущих лица под маской и направились на запад. К закату мы остановились для ночлега на берегу маленькой речки, там я заметил нескольких длинноволосых мужчин с копьями, которые разглядывали нас. Я спросил проводников, кто те люди. Те пояснили, что это — «алевиюн» (т. е. потомки Али, первого имама шиитов), добавив, что в течении нескольких предстоящих дней мы будем идти через места, населенные тем народом. Я спросил, не имеют ли они в виду, что эти люди происходят из клана Бани Хашим. Поскольку проводники были простые, неученые люди, они не поняли о чем я говорю. После вечернего намаза я велел привести для беседы нескольких из «алевиюн», я хотел знать, кто они и почему их так называют (т. е. «потомками Али»).
Они говорили по-арабски, которым владел и я, со своими длинными волосами они выглядели внешне приятными. Я спросил почему их называют «алевиюн». Они ответили, что их предки происходят из клана Бани Хашем и что некоторые из халифов династии Омейядов, правивших Шамом, сильно притесняли их предков, убивали их, что вынудило их укрыться в тех горах, и поскольку правление той династии было продолжительным, они осели и укоренились в этом районе, где родились их новые поколения.
Я сказал: «Я — мусульманин, и всякий мусульманин питает глубокое уважение к клану Бани Хашем, из которого происходит наш пророк (да благословит Аллах его и род его). Поскольку вы — потомки того рода, к вам я испытываю такую же меру уважения и, потому выскажите свои желания, которые я мог бы исполнить».
Алевиюн ответили, что нет у них каких-либо просьб ко мне, что рады тому, что не испытывают от меня, вступившего в их страну, каких-либо притеснений и обид. Я ответил, что я никого не притесняю, разве что тех, кто враждует со мной, до других же мне нет дела.