Провал ленинской идеологии привёл к новой мутации марксизма, подобно тому как ленинский III интернационал стал отличаться от старого II, а тот от I. Смена риторической тактики после каждой неудачи должна направлять противников большевизма бороться с наиболее актуальной и сильной, а не устаревшей и отменённой его версией.
Об этом предупреждает Ольденбург: «даже кровавую трагикомедию процесса 16-ти используют в интересах того же лжетолкования: расстреляли видите-ли – “первых знаменосцев”. Между “знаменем Ленина” и “эпохой Сталина”, оказывается, ничего нет общего! Не Сталин и Димитров, а давно уже отставленные Зиновьев и Каменев были, будто бы, носителями идеи мировой революции. Не при Сталине, очевидно, заседал и последний съезд Коминтерна…». С этой дымовой завесой призывал всех бороться Ольденбург, и так следует поступать с каждой новой пеленой обмана, раскидываемой большевиками для вербовки себе сторонников.
«даже кровавую трагикомедию процесса 16-ти используют в интересах того же лжетолкования: расстреляли видите-ли – “первых знаменосцев”. Между “знаменем Ленина” и “эпохой Сталина”, оказывается, ничего нет общего! Не Сталин и Димитров, а давно уже отставленные Зиновьев и Каменев были, будто бы, носителями идеи мировой революции. Не при Сталине, очевидно, заседал и последний съезд Коминтерна…»
Ольденбург при этом определял фашизм как меньшее зло, но тем не менее, зло – постоянно подчёркивая в новостях антихристианскую и антимонархическую природу нацизма. Поэтому спасение России он не привязывал к иностранной интервенции: стряхнуть иго большевизма необходимо «с чужой помощью или без неё».
«с чужой помощью или без неё»
19 сентября, говоря о съезде НСДАП в Нюрнберге, Ольденбург снова заметил стремление нацистской пропаганды и лично Хитлера говорить о «мире со всеми странами». Относительно захватнических планов на Украину, Урал или Сибирь, Ольденбург, различая реальную политику и официальные декларации, написал: «каковы бы ни были планы Германии, на съезде о них ничего не говорилось». Ю.Ф. Семёнов, бывший на съезде, рассказывал, что лично ему немцы тоже говорили исключительно о мире.
«мире со всеми странами»
«каковы бы ни были планы Германии, на съезде о них ничего не говорилось»
Ровно такую картину упомянутого С.С. Ольденбургом отличия между словами и реальными планами мы видим и в случае с современным большевизмом, когда т. Путин официально отрицает все военные приготовления, а потом те же просоветские пропагандисты, рассказывающие о мирных целях военных манёвров на границе, на следующий же день после нападения бросаются поддерживать военную агрессию, начисто забыв о вчерашнем заведомо лживом миролюбии.