«наиболее левую часть офицерства – масонские круги».
Даже они, пишет Ольденбург, пошли за генералом Франко, сумевшего всех объединить вокруг себя. «Ген. Франко, раньше, чем выступить, прислал президенту Асанье письмо, в котором перечислял все правонарушения, совершённые при кабинетах народного фронта и настаивал на том, чтобы сам президент назначил новое правительство».
«Ген. Франко, раньше, чем выступить, прислал президенту Асанье письмо, в котором перечислял все правонарушения, совершённые при кабинетах народного фронта и настаивал на том, чтобы сам президент назначил новое правительство
Будущей Испании Франко обещал правый «иерархический строй, использующий все национальные энергии и способности». «Ген. Франко заявил, что не имеет никаких предвзятых антипатий или симпатий во внешней политике, - с одним исключением: он стоит за разрыв всяких сношений между Испанией и СССР».
«иерархический строй, использующий все национальные энергии и способности». «Ген. Франко заявил, что не имеет никаких предвзятых антипатий или симпатий во внешней политике, - с одним исключением:
он стоит за разрыв всяких сношений между Испанией и СССР
он стоит за разрыв всяких сношений между Испанией и СССР
»
Реальный политический контекст, в который С.С. Ольденбург помещает левое политическое масонство в Испании, отбрасывает положительный отсвет в сторону переведённого на русский язык сборника статей Ф. Франко «Масонство». История февральской революции 1917 г. позволяет провести некоторые интересные сопоставления и с действиями ВВНР Некрасова в Российской Империи. Не только коммунизм, но и масонство оказывается интернациональной угрозой всех монархистов.
В статье «Международные провокаторы» С.С. Ольденбург писал о стремлении большевиков втравить европейские страны в глобальную войну: «франко-германский конфликт открывает перспективы, благоприятные для мировой революции».
«франко-германский конфликт открывает перспективы, благоприятные для мировой революции»
В следующем номере заметка «Италия и Германия» содержала наблюдения Ольденбурга о том что эти страны остаются конкурентами и их свела вместе неблагоприятная международная обстановка. Нацистская Германия по-прежнему не желала делать окончательный выбор между Англией и Италией. А фашистская «Италия до сих пор поддерживала с большевиками настолько хорошие отношения, что женевская политика санкций и активное участие в ней СССР вызвали сначала в Риме неприятное удивление» (речь о санкциях за войну в Абиссинии). «Дружба с большевиками» фашистов только теперь подошла к концу.