4 ноября С.С. Ольденбург приводит высказывания Н. Чемберлена о необходимости следовать подписанным договорённостям. «Возможность новой эра мира», как объяснял Чемберлен, не являлась чем-то уже достигнутым, для неё требовалось «надлежащее продолжение».

Далее в статье «Карпаторусская драма» Ольденбург сообщил об упразднении пражским правительством недавно провозглашённой автономии Карпатской Руси и назначении «премьером ксендза Волошина, ярого украинца». Русские организации были распущены, русские газеты закрыты, «произведены многочисленные аресты». Начали насаждать «украинскую пропаганду против желания огромного большинства карпаторуссов!». В очередной раз демонстрируя свою неприязнь к нацизму, Ольденбург объясняет происходящее: «известно, что украинцы пользуются издавна симпатиями в Германии». «Украинизация означала бы борьбу с местным населением».

Украинские газеты сепаратистов потом упоминали жалобы С.С. Ольденбурга, что в Закарпатье дети изучают вместо А. Пушкина Т. Шевченко.

В новости об открытии общежития для русских мальчиков в Веррьере упоминается присутствие на молебне С.С. Ольденбурга с супругой среди родителей учащихся в школе-интернате. Это редчайший случай упоминания Ады в «Возрождении».

11 ноября Ольденбург привёл высказывания о теракте в немецком посольстве в Париже. Об убийстве, совершённом еврейским нелегальным эмигрантом, писали что такие поступки ведут к усилению антисемитизма. На выборах в США он отмечает увеличение числа депутатов-республиканцев от 90 до 150: «популярность Рузвельта падает», писал Ольденбург выражая надежду, что на президентских выборах 1940 г. можно будет одолеть Демократическую партию.

В статье «Перемирие и примирение» С.С. Ольденбург повторяет мнение французского премьера Даладье на партийном съезде, что со времён Версаля Мюнхен стал первой попыткой полноценного примирения «после двадцати лет трагических ошибок». По мнению Ольденбурга, «не страх, а здравый смысл продиктовал примирительное решение». Объяснение, что демократии слишком слабы, чтобы противостоять Хитлеру, Ольденбург отвергает не от уверенности в их силе, но поскольку считает, что при наличии большего оснащения оружием, чем они располагают, всё равно следовало предотвратить Вторую мировую войну. Однако он предупреждает что при большевиках прочный мир невозможен. Средством борьбы с партией войны Ольденбург предлагал дальнейшее международное сближение с Хитлером вместо подталкивания его к войне.