По-человечески я понимаю, что кому-то наверху, должно быть, обидно: Рудольфа Смирнова не могут посадить в течение 7 лет! Это же позор, нонсенс! Подумать только – попрана честь мундира!..

Так что вы так и напишите: Рудольф Смирнов готов приехать на поезде «Берлин – Москва» и сдаться прямо после выхода из салона на платформу № 2 Белорусского вокзала, дать безропотно защёлкнуть наручники на своих руках и в таком виде поучаствовать в следственном эксперименте. И пусть все это будет снято на пленку и показано в телепроекте «Совершенно секретно». Если же все сказанное блеф, пусть признают свою глупость, тупость и предвзятость, с которой это дело задумывалось и ведется до сих пор.

Вы знаете, я шел на встречу с вами, дорогой мой спецкор, и думал: а зачем мне все это нужно? Живу в Берлине, у меня все в порядке: чудесная жена – обаяшка, умница, топ-менеджер в одном солидном учреждении, а я занимаюсь на редкость интересными вещами: коллекционирую антикварные вещи – холодное оружие, монеты, ордена и медали и даже наконечники скифских копий… Отдыхаю где заблагорассудится: на Мальдивах, Сейшельских островах…

Дело, наверное, в абсолютно прозаической причине. Я честно себе признался, я ведь специалист в разных сферах: в политике, социологии, атомной энергетике да и в области боевых единоборств еще кое-что смогу. Я обладаю знаниями, опытом и постоянно отслеживаю, что происходит в России… Что сегодня процветает в нашем уродливом обществе? Пожалуй, главное – это «утечка мозгов», которые никому не нужны и которые дрейфуют на пресловутый Запад. Вы же знаете, что «незаменимых людей нет». Вот мозги и утекают из России в Европу, Америку или Австралию. И я, со своим желанием трудиться во имя чего-нибудь светлого и непорочного, в России просто никому не нужен.

Лично с вами, дорогой спецкор, мне интересно общаться и комментировать вопросы или темы, в которых я разбираюсь. Я могу вам, например, пожаловаться на то, что перебои с доставкой газеты «Известия» лишают меня контактов с Россией. Признаюсь, в таких случаях я ощущаю пустоту. Мне не хватает забавных писем, судебной хроники и кроссвордов (получасовая гимнастика для ума за утренним чаем), обзоров «Комсомольской правды» и менее претенциозных разделов «Литературной газеты». Мне недостает новостей от политолога Кургиняна, писателя Проханова, а также интересных интервью с литератором Поляковым.

Приятели говорят: «Пиши книгу». Вы понимаете, что в таком опусе я могу написать? Что уже в 80-х годах я был посвящен в проект «1991 год», а именно: что он, 1991 год, решающий и что все в стране изменится с точностью до наоборот. И эксклюзивные подробности того, как проходили эти «судьбоносные» дни 19–21 августа 1991 года, когда полковник, а позднее генерал-майор вводил танки в Москву по приказу министра обороны Язова. Правда, по его словам, он занимался тем, что спасал молодых ребят от разбушевавшейся толпы. Будь его право, он не раздумывая разогнал бы «защитников» Белого дома в считанные часы. Но не было соответствующего приказа министра обороны СССР. Я сказал ему: «Виктор Александрович, вы делали все правильно и если бы вы только вознамерились разогнать „революционеров“, то вас бы „убрали“, или, попросту, ликвидировали. Дело в том, что за этим массовым представлением зорко следили спецслужбы. Зато ваши тогдашние действия по „мирному“ выводу танковых подразделений из центра столицы ювелирно укладывались в сценарий проекта „1991-й год“».