И все же этот посвященный мне фрагмент книги Литвиненко вызывает важный вопрос о задачах, поставленных перед всеми этими штатными и заштатными, но созданными по единой инструкции бандами российских спецслужб. Литвиненко постоянно пишет о том, как он и его коллеги боролись с какими-то уголовными структурами. Об этом же идет речь и в инструкции, опубликованной Игорем Корольковым. Но все, что так скупо Литвиненко пишет обо мне, не содержит никакого упоминания об организованной преступности, как, впрочем, и все описанные мной убийства, а воспринимается секретной группой как самые обычные поручения. Взрывы моста в Москве и троллейбуса бандой Лазовского тоже никак с преступной деятельностью не связаны. Убийство Тимоши, убийство Эдмунда Иодковского, омерзительный шантаж Явлинского – все это преступления из совсем другой области. Какие же в действительности цели ставились перед создаваемыми по всей России бандами спецслужб? И кем были сформулированы эти задачи?

Поскольку никаких документов, кроме инструкции, опубликованной Корольковым, у нас нет, поставленные задачи приходится восстанавливать по практике их реализации. Конечно, в ней могут оказаться смешанными официальные поручения плохо управляемым бандитским группировкам российских спецслужб и их личные интересы и антипатии.

Ниже будет рассказ о гибели еще трех человек – Андрея Тамбури, генерала Рохлина и Юрия Калмыкова, но и без этого одна из целей террора спецслужб вырисовывается достаточно ясно. Это были шайки убийц, созданные для активного и вполне преступного участия в политической жизни, по-преимуществу для уничтожения демократического движения в стране. Ни один коммунист и ни один националист за эти годы убит не был.

В книге Ю. Фельштинского и В. Прибыловского «Корпорация» вся политическая борьба в эпоху Ельцина сведена к попытке Коржакова стать президентом, а из всех убитых упомянут лишь Влад Листьев, который должен был стать источником средств для реализации этой цели. Впрочем, по их мнению, и война в Чечне тоже была затеяна для этого, а как только Коржаков, Барсуков и Сосковец были уволены, война прекратилась и в Россию вернулась демократия. Но вопрос о крупных деньгах возник много раньше убийства Листьева и имел (в значительной части) столь же организованный характер, как и борьба с демократией. Судя по списку, который видел Мажаров и из-за которого он бежал из России, судя по неудачным покушениям на Березовского и замминистра финансов Вавилова и по материалам дела Холодова – следы прямо вели к 45-му полку ВДВ, который и является центром управления многих банд: речь не о борьбе конкурентов, а о планомерной аккумуляции гигантских средств в чьих-то руках. В рассказах о смерти Сергея Дубова было два любопытных обстоятельства. Знакомые сотрудники «Альфы», взявшиеся разобраться в этом деле, якобы остановились, выйдя на Коржакова. Вдова Сергея Дубова, естественно, не желавшая, чтобы состояние мужа досталось убийцам, нагло подделавшими его подписи на доверенностях, что было доказано экспертизой, предложила передать его состояние сперва одному, потом другому очень влиятельному и власть имущему человеку в России – сперва Председателю Совета Федерации Шумейко, после его отказа – мэру Москвы Лужкову, но оба они отказались. Хотя вдова хотела лишь одного – учреждения журналистской премии в память о муже. То есть вторая задача – создание гигантского, но тайного фонда, возможно, взамен государственного золотого запаса, вывезенного Геращенко и ответственными сотрудниками КГБ советского времени, была поставлена в самом начале 1992-го года.