Однако руководство Афганистана того времени во главе с Кармалем (человеком с большими амбициями и весьма ограниченными способностями) не смогло или не пожелало поддержать такие меры. Очевидно, оно мыслило только в рамках своих интересов – любыми средствами удержаться у власти. А сделать это можно было (если говорить персонально о Кармале) только с применением военной силы.

Становилось все ясней, что ситуация не только зашла в тупик, но и будет приобретать все более трагический характер. В апреле 1986 года Кармаль (не без нашего содействия) уходит со своего поста и уступает место Наджибулле. Надо отметить, что это был лидер совершенно другого склада. Несмотря на молодость (в то время Наджибулле было 39 лет), он уже умел достаточно глубоко анализировать обстановку, делать реалистические выводы, принимать решения с предвидением последствий и в интересах народа, как и положено президенту.

В связи с назначением Наджибуллы на пост главы государства считаю целесообразным сообщить читателю достаточно интересный, на мой взгляд, факт. По долгу своей службы я, начиная с прихода в Генеральный штаб, тесно контактировал со многими работниками КГБ, в том числе и в первую очередь с Владимиром Александровичем Крючковым (в то время – начальником Первого Главного управления – внешняя разведка) и практически всеми основными его подчиненными. Среди них был и Яков Прокопьевич Медяник – уже далеко не молодой, с красивой седой шевелюрой и подвижными черными глазами. Меня к нему притягивала не только сфера его деятельности, но и его активность и обязательность.

Я знал, что если он сказал, то сделает. Мы иногда с ним откровенничали, рисуя перспективы по Афганистану. Как-то в 1985 году у меня с ним состоялся разговор, который, на мой взгляд, сыграл принципиальное значение для Афганистана. Я не намерен приписывать какие-либо положительные шаги и заслуги себе, но и не намерен скрывать то, что действительно имело место. Речь идет о Наджибулле.

Как-то мы разговорились с Медяником о необходимости принятия экстренных и кардинальных мер по решительному изменению обстановки.

– Дальше так продолжаться не может, – сокрушался Яков Прокопьевич.

Я полностью разделял его мнение, но сказал, что, пока демагог Бабрак Кармаль будет у власти, до тех пор обстановка будет ухудшаться. Он согласился, что была допущена ошибка, когда мы поддержали эту кандидатуру. А сейчас в числе секретарей ЦК НДПА нет ни одного реального политика, на которого можно было бы положиться как на главу государства.

– А зачем ограничиваться только секретарями? – продолжил я разговор. – Ведь и остальные члены Политбюро ЦК НДПА – известные, заслуженные, авторитетные люди. Кое-кто мог бы претендовать на пост руководителя государства.