В сельскую кооперацию свозилось сало, реквизированное у жителей. Часть этих запасов мы взяли для себя, остальное я приказал раздать населению.
Уже начало светать, село пробуждалось. Оставив у телефона бай Атанаса и одного нашего человека, знавших, что и как отвечать на различные звонки, мы вышли на площадь, которая постепенно заполнялась людьми.
На площадь прибыли и знакомые нам гости со свадьбы вместе с музыкантами, которые тут же заиграли. Весело закружилось хоро, и мы присоединились к нему.
В девять утра меня позвали в общинную управу. Бай Атанас ожидал с утра звонка начальника околийской полиции из Пирдопа. И действительно, телефон вскоре зазвонил. Я тоже прислонился ухом к трубке.
— Кто говорит?
— Кмет Каменицы.
— Как у вас там?
— Все спокойно, господин начальник.
— Слушай, кмет. Один из наших старших полицейских заметил ночью партизанскую группу, которая направилась в ваше село. Соберите всех из общественной силы, полицию, а у телефона посадите дежурного. Как только они у вас появятся, немедленно звоните! Слышите?
— Ясно, господин начальник!
— Смотри, чтобы все было сделано как надо. А то с живого шкуру спущу!
Бай Атанас медленно положил трубку и передал мне содержание разговора.
— Может, он с меня и не сдерет шкуру, а вот с должностью кмета придется распрощаться.
— Ничего, не бойся. Мы вместе решим, что тебе потом говорить. А сейчас оставайся у телефона. К тому же и начальник так приказал: нельзя отходить от телефона.
Мы рассмеялись. Я пошел на улицу — пора было начинать митинг.
Я рассказал каменичанам о наступлении Советской Армии, о создании Отечественного фронта, о задачах партизанского движения, о проведенных нами операциях. Когда я кончил, нас окружили люди, они приглашали к себе в гости отведать хлеба-соли.
Меня снова позвали в общинную управу. Опять звонил околийский начальник из Пирдопа.
— Собрал общественную силу?
— Никого нет, господин начальник. Тут у нас свадьба. Видно, они там.
— Вот я приеду и покажу вам свадьбы! — вскипел начальник. — Партизаны в любой момент могут напасть на село!