Председатель Государственного комитета РСФСР по управлению государственным имуществом, заместитель председателя Совета министров РСФСР Михаил Малей предложил вместо чеков ввести приватизационные счета в банках. Тоже неплохое решение – меньше возможностей воровства и обмана наивных граждан и пенсионеров, не привыкших к рыночным отношениям.

К счастью, Борис Николаевич уже через несколько месяцев понял свою кадровую ошибку и в течение года без ущерба для репутации «реформаторов» вывел их из активной экономической политики.

В последний раз я видел Гайдара через много лет совсем при других обстоятельствах. Это было, наверное, в 1997 году.

Мне позвонил в торгпредство тогдашний посол России во Франции Юрий Рыжов:

– Витя, давай срочно приезжай ко мне на Гренель (резиденция посла), у меня для тебя большой сюрприз…

– Юрий Алексеевич, а нельзя ли завтра?

– Нет, никак нельзя – завтра сюрприз уже улетит в Москву.

Пришлось ехать, хотя очень не хотелось мотаться по вечерним городским пробкам в час пик. Я понял, что это был какой-то важный гость из Москвы, но никак не ожидал, что им окажется Егор Гайдар с женой Марией Стругацкой.

В большом салоне посольской резиденции за чашкой кофе и различными напитками сидели Рыжов, Гайдар и Стругацкая. Судя по состоянию бутылок виски и коньяка, я действительно долго был в пути.

Навстречу мне шагнул Гайдар. Это был уже совсем другой человек – уставший и постаревший раньше времени.

– Ну, вы же прекрасно понимаете, – пожал мне руку Гайдар, продолжая, очевидно, диалог с самим собой, начатый до моего прихода, – я ведь не мог иначе.

– Конечно понимаю, – ответил я, – забудем.

Это «понимаете» относилось ко многим моментам наших взаимоотношений. Из уважения к хозяину дома вели мы себя мирно, хотя «язык чесался» сказать все, что я думаю.

Все это время, чтобы снять напряжение, Рыжов шутил и предлагал тосты.

После нескольких небольших порций виски Гайдар отвел меня в сторону:

– Вы многого не знаете, не было никакой команды… Было некоторое количество случайных людей. А потом я оказался козлом отпущения.

– Ну, экономический-то блок, например Шохина, вы хорошо знали?

– Да, думал, что плохой министр социальной защиты может стать хорошим вице-премьером экономического блока. Ошибся. Александр профессиональный предатель и интриган, ради карьеры предавал и будет предавать всю оставшуюся жизнь…

– А Авен, Нечаев, Борис Федоров?

– Боря – это да. Это финансист от Бога. Авен? Вы что, еще не читали моих мемуаров? Там есть маленький пассаж про Петю. Не хочу лишний раз вспоминать – расстраиваться, я вам пришлю. Что касается Нечаева, то он был моим другом, но явно не тянул в должности министра экономики.