Что же случилось, почему тело подменили? Вне сомнений, Дзержинского отравил Сталин, а труп подменил (лично пробрался в морг…), — ведь со времён “перестройки” модно все убийства и неприятности валить на Сталина. Мол, Сталин уже тогда планировал репрессии, а Феликс, мол, стал бы активно сопротивляться расстрелам ленинской гвардии.

Да, бесспорно, Сталин знал, но — о чём?

В свете вышеизложенной версии о выводе “своих людей” всё становится понятным — более того, по-другому и быть не могло.

К 1926 году Дзержинский в целом выполнил свою задачу: гражданская война была выиграна (с помощью “интервентов”), контрреволюционные организации “белых” были разгромлены, “независимые” масоны также были либо в тюрьмах, либо прекратили свою деятельность. Власть стала переходить к верным продолжателям дела Ленина (и Дзержинского) — Сталину, Молотову, Кагановичу…

А возможна ли была подмена трупа с помощью врачей? Да. Вспомните аналогичную историю с трупом Александра I — там тоже лейб-медик Я. Виллие с подручными подменили тело царя на труп солдата Струменского, надеясь на успех “декабристского” восстания. При вскрытии лжеАлександра оказалось, что умерший страдал сифилисом, у него были загорелые ноги с рубцами, а ещё солдат был алкоголиком. О подмене трупа знали и Николай I, и врачи — но все молчали.

Аналогично было и в этом случае. Врачи, конечно, видели, что перед ними лежит труп старика, а не мужчины средних лет. Сегодня невозможно ответить на вопросы: кто из врачей знал, что вскрывает лже-Дзержинского? был ли в сговоре Абрикосов?

Но почему “Протокол вскрытия тела Ф. Э. Дзержинского, скончавшегося 20 июля в 16.40” был опубликован? Ведь все его соратники знали, что у него туберкулёз? Почему они не подняли скандал? Видимо, потому, что были в сговоре и знали, что скоро и им надо будет уезжать под предлогом “расстрелов”.

А Дзержинского нельзя было вывести из игры под предлогом “расстрела” — ибо “расстрел” невозможно было бы объяснить. Ведь “Железный Феликс” считался ближайшим соратником Ильича и объявлять его “врагом народа”… не так бы поняли.

Сам Ф. Дзержинский, видимо, уехал за границу, возможно, в тот же Лугано, где жили его жена с сыном. Его жена с 1924 года была ответственным секретарём Польского бюро агитпропотдела ЦК РКП(б). С 1929 года — научный сотрудник и ответственный редактор в Институте Маркса, Энгельса, Ленина. А с 1937 году работала в аппарате Исполкома Коминтерна, т. е. могла уже “официально” ездить за границу к мужу. Умерла она 27 февраля 1968 года в Москве, похоронена на Новодевичьем кладбище. На вопрос: “Кто похоронен у Кремлёвской стены?” — ответить уже некому.