Глава 6 Два вида репрессий
Глава 6
Два вида репрессий
Репрессии «партийные» и против коммунистов-разведчиков
Репрессии 1937–1938‐го годов против рядовых партийцев и оппозиционеров нужно разделить на два вида, два потока, которые не имели друг к другу никакого отношения.
Во-первых, это репрессии, которые я назвал “партийные”. К ним относятся как репрессии против работников партийных органов, так и “отстрел” военных и работников НКВД. Именно этим репрессиям были посвящены статьи периода “перестройки”, о них пишет “Мемориал”, говорят в передачах “про Сталина”. Их катализатором были московские процессы против старых большевиков. Только их
Но ведь количество “партийных” репрессированных за 1937–1938 годы составило всего 7 % от общего количества пострадавших. Много, но до “разгрома партии”, о котором твердили “перестроечные” газеты, далеко.
всего 7 %Так, согласно статистике НКВД за 1937 год, по политическим делам было осуждено 936 750 человек. За 1938 год было осуждено “политических” 638 509 человек. Всего за два года — 1 575 259 чел., из них расстреляно было: в 1937 году — 353 074 чел., в 1938 году — 328 618 чел. — всего 681 692 человек [128]. Это — всего, включая репрессированных и по приказу № 00447 (о нём ниже). По этому приказу было арестовано 1 114 110 чел. и расстреляно 633 955 человек. Посчитаем: 1 575 259–1 114 110 = 461 149 чел.; расстреляно: 681 692–633 955 = = 47 737 человек.
Конечно, 47 737 расстрелянных “партийцев” — это очень много, но, с другой стороны, всего 7 %. И вот итог по ВКП(б): в январе 1934 года в партии состояло 1 874 488 члена, а в 1939 году — 1 588 852. То есть за 5 лет партия уменьшилась на 285 636 членов. Ясно, что в это число входят и умершие, и просто исключённые, и коммунисты, совершившие чисто уголовные преступления.
Я немного остановлюсь на “партийных репрессиях”.
“Паровозами” судов “на местах” против “врагов народа” были московские процессы против руководителей большевиков. Да, они не были расстреляны — но об этом “забыли сообщить” на места. И там начались настоящие репрессии и выносились реальные приговоры.
Да, московские суды были сфальсифицированы, ибо проходили по сговору между “обвиняемыми” и “обвинителями”. Но на местах, повторяю, об этом сговоре не знали. Как там проводились суды — тоже с фальсификациями? В большинстве случаев — да, ибо “дело”, как правило, состояло из доноса, краткого допроса и приговора.