Каждый командир должен принимать во внимание все сопутствующие факторы и находить способы работать с ними или вокруг них — а не использовать их как предлог для прерывания рабочего процесса. Командир должен командовать — по сути, указывать другим ребятам, что делать. Иначе получается, что люди все сразу высказывают свое мнение и часто вступают в жаркие дискуссии, которые легко могут перерасти в споры или что еще похуже. Каждый считает, что у него есть право добавить свои пару копеек, и по итогу вы не получаете абсолютно ничего. Это одна из многих причин, почему я не собирался принимать подобную систему в «Альфа Один Ноль».

Я с самого начала намеревался действовать жестко. Люди могли не соглашаться с моим подходом, но это было неважно. Только в этом случае патруль сможет сплотиться и начать выполнять свою работу должным образом, а не метаться и отступать, едва кто-то повысит голос и скажет, что что-то слишком сложно или рискованно. После нескольких дней бездействия меня отправили для того, чтобы взять патруль за шкирку и вернуть его на путь истинный. В этой ситуации Боссом был я — полковой сержант-майор — и эти парни знали, что у меня репутация жесткого человека. Это был единственный известный мне способ вернуть все на нормальный оперативный уровень, принятый в САС.

Я также знал, что некоторые из них будут глубоко возмущены моим способом ведения дел. Но я так же был уверен, что никто не скажет об этом открыто. В некоторых наиболее причудливых личных мемуарах о службе в САС во время войны в Персидском заливе авторы описывают, как они подходили ко мне для, казалось бы, уютных бесед, часто предлагая совет или указывая, где я ошибаюсь. Существуют подробные рассказы о спорах, которые они вели со мной, и упоминания о том, как они чуть ли не дошли до драки, когда я не реализовал их замечательные идеи. Здесь я могу ответственно заявить, что эти рассказы настолько же вымышлены, насколько вымышлены псевдонимы их авторов.

Правда была совсем другой. Почти всегда, когда я говорил им во время патрулирования, что мы собираемся делать, они кивали головой и отвечали: «Хорошо, Билли». Некоторые из них уходили и за моей спиной переговаривались с другими своими товарищами, разделявшими их взгляды, рассказывая друг другу, что к ним приставили командовать психа. В этом нет ничего нового или удивительного — такое происходит в каждом полку Британской Армии. Однако решающим моментом является то, что я был сержант-майором полка — а это уважаемая должность. Никому в здравом уме не придет в голову спорить с полковым сержант-майором, а тем более вступать с ним в конфликт, ни в мирное, ни в военное время.