В первом утреннем радиосообщении содержались добрые вести. Восемь человек из патруля «Браво Один Девять» вернулись в Аль-Джуф. Они пересекли границу предыдущей ночью и вернулись через Арар, где их остановила местная саудовская полиция за езду без фар. Люди были измотаны, но не ранены, хотя четверым из них потребовалось лечение от обморожения. Мои мысли сразу же обратились к «Браво Два Ноль». Если бы они были менее упрямы, послушались командира и меня и взяли «Ленд Ровер», мы могли бы радоваться их возвращению через Арар, так же, как и их товарищей из того же эскадрона.

Двадцать четыре часа спустя пришли еще более хорошие новости. Пропавшие семь военнослужащих эскадрона «D» вернулись в Арар и направлялись на вертолете в Аль-Джуф. Раненого бойца доставили в госпиталь по воздуху. Когда через несколько минут я сообщил эту новость парням, я также смог сказать, что, хотя солдат получил огнестрельное ранение в живот, у него было выходное отверстие. Это было воспринято с явным облегчением, поскольку благодаря своему медицинскому образованию все знали, что гораздо опаснее, когда в теле остаются разбросанные куски металла.

Я подождал, пока утихнут комментарии.

— Теперь к нашим собственным новостям, — сказал я им с широкой улыбкой. — Мы получили первое конкретное задание в рамках нашей основной задачи.

Я видел, как у большинства лица загорелись от нетерпения, а у некоторых промелькнуло опасливое выражение. «Об этом мы побеспокоимся позже», — решил я, прежде чем продолжить.

— Мы должны провести разведку аэродрома Мудайсис, который является крупной базой иракских истребителей примерно в двадцати километрах к западу от основного маршрута снабжения. Он и станет нашим пунктом назначения сегодня вечером. Надеюсь, мне не нужно напоминать вам, что мы будем приближаться к действующему объекту противника с вероятным наличием других вражеских позиций в этом районе. Так что смотрите в оба — и без лишнего шума.

Последнее замечание вызвало несколько смешков у более расслабленных солдат патруля, потому что жесткий послеполуденный ветер уже начал трепать все, что не было надежно привязано или прижато к бортам «Ленд Роверов». Как бы мы ни старались, мы все время напоминали собой передвижной склад.

В ту ночь, отклонившись немного северо-западнее, мы встретили несколько лагерей бедуинов. Мы смогли заранее обнаружить их в своих тепловизорах MIRA и обойти их стороной. Кроме громкого лая собак, наш проезд не вызвал никакой заметной реакции.

Проведя несколько недель в тылу врага во время войны в Персидском заливе, я никогда не смогу представить себе лагерь бедуинов, не совместив этот образ со звуком лая собак. Эти две вещи неотделимы друг от друга, и вполне справедливо сказать, что там, где вы найдете одно, вы найдете и другое.