В 1922 году — Наркомат внутренних дел тогда возглавлял Феликс Эдмундович Дзержинский — был издан приказ «О вежливом обращении милиции с народонаселением», в приказе том имелись строки: «Милиционер, поставленный блюсти общественную нравственность («Нравственность, не что-нибудь, вот оно как!» — поднимает палец дядя Миша), прежде всего сам должен быть безупречным». Старшина чтит этот приказ, как святую заповедь.

Остановил машину: под трамвай чуть не угодила. В машине полковник, руки вверх. «Опустите руки». — «Виноват, признаю». Народ смеется, полковник улыбается. Права не взял, штрафовать тоже… что ему рубль! Дырок тоже колоть не стал. Запомнит и так.

Генерал едет — здоровается, руку к козырьку: «Почтение дяде Мише!». Начальник областного управления ГАИ полковник Слуцкий на работу едет — тоже привет.

Однажды задержал автомобилиста на «Волге». Пришлось выписать квитанцию на полтинничек.

— Под знаком стоите…

— А что, нельзя, авария будет?

— Не полагается. Правилами указано.

Тот уплатил, смотрит испытующе.

— А вы знаете, кого оштрафовали? Секретаря горкома…

— Я оштрафовал нарушителя движения.

Теперь тоже здоровается.

Бывало, звонит в ГАИ: «Где ваш дядя Миша?» — «В отпуске он. Что-нибудь случилось?» «Когда он стоит, у горсовета порядок. А вот его нет, и машину поставить не могу!..»

Так же написали граждане из Дома контор, что на углу улиц Малышева и 8 Марта. Он там тоже стоял, до площади. Шесть лет стоял. «Куда девали нашего милиционера? Дайте нам его».

Дядя Миша на посту — никаких происшествий.

Вот только какая-то перемена в нем стала замечаться. Поздняя осень — он без шапки. Почему?

— Да что-то голове тяжело. Давление у меня, может, поэтому. А снимешь — вроде как легче.

Седьмой десяток на исходе, вот и реагирует на погоду. Видно, и вправду пришло время подаваться на пенсию. Никого это не минет, хочешь не хочешь — приходится.

«Дядя Миша покидает пост», — сообщила городская газета (выходит, событие!). Писали о нем не раз. И теперь написали:

«Собрал дядя Миша журналистские труды в довольно толстую папку, туда же сложил и немалое число Почетных грамот — вроде бы итог подвел. И получилось: завидная судьба ему досталась. А досталась ли? Нет, делал он ее сам, по главному своему девизу: быть всегда честным и добрым. И трудно бывало ему порой, и горько, а не отступал. Вот так и идет по жизни Михаил Арсентьевич Солодовников, то же внушает он и своим ученикам. На примере старшины Солодовникова учат в областной школе милиции среднего и младшего начсостава. Его портрет, магнитофонная пленка с записью его обращения к молодежи хранятся в Музее МВД СССР. Сегодня коллеги провожают Михаила Арсентьевича на заслуженный отдых (35 лет жизни он отдал нелегкой, хлопотливой службе автонадзора). Они говорят ему теплые слова. И к ним от всей души присоединяются журналисты», — писала журналистка Галина Брускина.