Я ориентировался на башню (теле), я сделал 5–6–7 кругов. Бензин у меня был. Я бы мог улететь и сесть за городом.

Я решил сесть, я думал, что площадь пустая. В Гамбурге когда кончается работа? Вокруг 18.00 (он адвокат), а после на улицах никого нет.

(Он летал ниже мавзолея, 4–12 метров.) Я зажег фонари, думал, что люди разойдутся, но они не разошлись. Я увидел мост. Подумал, что он перекрыт. Я садился со скоростью 60 км/час. Под крыльями 1 метр 80 см.

Мать выступала.

Как сказали корреспонденты, он может в ФРГ получить 10 лет. И в Финляндии 10 лет, и у нас 10 лет. (Там заведено уже дело.) Могут дать года три.

«Желаю нам всем в день Вознесения сесть на Красной площади». Говорят, что это послевоенный тост. Папа скромен, подтянут. Мама домохозяйка. Брат четырнадцати лет, переживал.

Зельдович – Стефанович. (Бабель «Закат»)[235]

Об одесской Атлантиде. Реквием по ушедшему времени. «Закат»: Мендель Крик – последняя любовь, Беня Крик – замена всяческой власти, король и т. д. А Велик – общинный сирота, кладбище. Он юродивый. Отец предаст, бандит поднял руку. Общий сирота – помнит и этим ценим. Как я себе представляю бабелевский мир. По Шкловскому: «Он одним голосом говорил и о звездах, и о триппере». Мюзикл. Почему? Там жизнь отжата, как творог. Пластика. Танец. Она будет для каждого своя. Журбин и Эппель. Удачный. Очень. Он написан для театральной камерной идеи. Он может быть развит (тут есть композитор).

Стефанович. Важная идейная сторона. «Закат» не был удачен на сцене. Он не драматург. Пьеса статична. Мало Бабеля + мое ощущение Одессы. Я бы хотел сделать фильм о трагической судьбе еврейского народа. Начать с погрома «Голубятни». Это оставляет отпечаток на всей жизни мальчиков. Конец – рассказ «Грог»: гибель Бени Крика. Убивает его Левка. Трагедия. Но с юмором. С этой заявкой я обратился в 1972 году. Я показал ее. Мы выяснили, что Хилькевич запустился с одесскими рассказами Бабеля. Хилькевич делает мюзикл. Журбин показал оперетту – ему (Стефановичу) не понравилось. «Мымра» и «Биндюжник и король». Текст, скорректированный из Бабеля, с рифмами в…

Бабель жил величием бытия (Зельдович).

Очень трудно решить эту дилемму. Я не чувствую себя вправе оценивать. Оба замысла состоятельны. Я с трудом выбираю критерии: интерес молодых – интерес к кино, интерес к тому, что может сделать человек в новых условиях, не менее, а сегодня более важно (важно, чтобы был пример более интересной работы в новых условиях).

«Иди и смотри» на Ленинскую[236].

13.09.87 г

13.09.87 г