– Послушайте, сеньора, – сказал я, глядя ей в глаза, – ваше обвинение в том, что я изнасиловал нескольких женщин, просто невероятно. Уж простите меня, но скорее женщины изнасилуют меня, чем наоборот. Я не преувеличиваю, мне слишком часто приходится отталкивать от себя женщин, которым хочется любой ценой провести время с сыном Пабло Эскобара. Уверяю вас, мне просто не нужно никого насиловать.

– Мы еще не полностью проверили информацию, однако несколько девушек заявили, что один из насильников утверждал, что приходится родственником Пабло Эскобару и что у него были светлые волосы, поэтому мы и предположили, что они говорили о вас. Я готова поверить вам в этом, но что вы скажете насчет коробки с оружием, которую вы пронесли в здание? – спросила Ана Монтес в полной уверенности, что теперь-то поймала меня.

– Оружие? Кто видел это оружие? Тем более в коробочке? Вот что я вам предлагаю, сеньора: я останусь здесь, а вы берите людей, сколько хотите, и обыщите квартиру. Если желаете, можете по кирпичикам разобрать все здание, пока не найдете эту коробочку, которая вас так беспокоит. Вам даже не нужен ордер, я вам разрешаю.

– Хорошо, хорошо, я верю, верю. Надеюсь, вы мне не лжете. Я вернусь в Боготу, мне нужно работать. В обыске нет необходимости. Но передайте своему отцу, чтобы он сдался, и тогда мы вытащим вас из страны. И скажите ему еще, чтобы он не медлил с решением, потому что скоро нам придется отозвать вашу охрану, и вам останется только тот уровень защиты, который колумбийское правительство предлагает всем своим гражданам.

– Но как вы можете так поступить? За что, ради всего святого? – воскликнула мать. – Как вы можете оставить моих детей и меня без защиты? Вы не имеете права! Мы здесь, потому что вы этого хотели, потому что вы обещали вывезти нас из страны и дать нам убежище в обмен на капитуляцию моего мужа. А теперь вдруг угрожаете лишить нас защиты!

Наконец в один из последних дней ноября мы отправились в Боготу, чтобы сесть на прямой рейс во Франкфурт. Но, как мы и опасались, Германия отказала нам во въезде, хотя наши документы были в полном порядке. По требованию правительства и прокуратуры нам пришлось вернуться в Колумбию.

29 ноября в аэропорту нас встретили чиновники из генеральной прокуратуры и сообщили, что единственное место, где они готовы гарантировать нашу безопасность – резиденция «Такендама», эксклюзивный апарт-отель в центре Боготы. Мы провели там следующие несколько часов, не имея ни малейшего понятия о местонахождении отца. Мы лишь надеялись, что скоро он выйдет на связь.