тоже требует копирования, но обходным путем. ДНК слона создает колоссальную программу вроде компьютерной. В основе своей это тоже программа “Скопируй меня”, как и вирусная ДНК, но важнейшим условием надлежащего выполнения главного задания является колоссальное отклонение от прямого пути. Отклонение в виде слона. Программа говорит: “Скопируй меня, но сначала сделай крюк и сотвори слона”[127].

Так происходит потому, что отдельный организм, например слон, – такая единая и цельная сущность, такой убедительный и подходящий носитель, что подавляющее большинство эволюционных биологов вслед за Дарвином сочли организм основным субъектом биологической адаптации. Этологи вслед за Дарвином рассматривают поведение отдельных животных как стремление выживать и воспроизводиться. Это верно, но следует тщательно рассмотреть, что за показатель старается максимизировать этот субъект. Популяционные генетики называют его “приспособленностью”, которая вычисляется как нечто вроде взвешенной суммы детей, внуков и прочих потомков (или пропорциональной ей величины).

Родительская забота и самопожертвование в интересах отпрысков, очевидно, легко вписываются в эту формулу, как и “другая теория Дарвина”, описывающая половой отбор. Но Рональд Э. Фишер, Джон Б. С. Холдейн и прежде всего Уильям Д. Гамильтон сообразили, что естественный отбор может также благоприятствовать индивидам, которые заботятся о родственниках по боковой линии, у которых статистически вероятно наличие тех же генов, опосредующих заботу.

К этому вопросу можно подойти, например, проведя мысленный эксперимент, который в книге “Эгоистичный ген” я назвал “зеленой бородой”. Большинство новых мутаций оказывают несколько разных воздействий на тело (этот эффект называется плейотропией). Представьте себе ген, который дает особям приметную черту вроде зеленой бороды, а заодно наделяет добрыми чувствами к зеленым бородам и склонностью помогать зеленобородым индивидам выживать и размножаться. Как выразился бы Дживс, “этот вариант не выглядит осуществимым, сэр” – но суть этот образ передает. И подобный ген смог бы распространиться в популяции. Этот пример обрел популярность (поиск в Google по словам “эффект зеленой бороды” дает множество ссылок и даже фотографий), но моей целью было лишь подготовить почву для объяснения родственного отбора. Не слишком вероятно, что телесные особенности могут плейотропно объединиться со склонностью проявлять альтруизм к этим особенностям (хотя с тех пор в научной литературе появилось несколько заманчивых примеров). Более вероятен некоторый статистический эквивалент эффекта зеленой бороды, хоть и не в таком ярком виде. Если вы “знаете”, кто ваш брат, не обязательно определять конкретный ген вроде гена зеленой бороды. Можно вычислить, насколько вероятно, что любой конкретный ген встречается у вас обоих[128]. Этот ген вполне может оказаться гипотетическим геном доброты к братьям. Или, в более практичном смысле, гипотетическим геном доброты к особям, с кем вы в детстве делили гнездо, или к особям, которые пахнут как вы, – таково практическое правило для определения братьев и сестер, – и этот ген легко мог бы получить практическое преимущество по той же причине, по которой ген зеленой бороды получал бы преимущество теоретическое. Родственные связи или, на практике, общее гнездо или похожий запах – реалистичная статистическая замена нереалистичной зеленой бороды.