– Вся эта ерунда про смерть за наши грехи и искупление, Джарвис. “И ранами Его мы исцелились”, вся эта чушь. Будучи в своей скромной мере не понаслышке знаком с ранами от розог старого Апкока, я спросил его прямо. “Когда я совершал проступок” – или лучше злодеяние, Джарвис?

– Предпочтение в выборе слов зависит от тяжести провинности, сэр.

– Так вот о чем я – когда меня застигали за совершением какого-нибудь проступка, я ожидал, что неминуемое возмездие по справедливости падет на мой вуфтерский тыл, а не на филейную часть какого-нибудь невинного бедолаги, если вы понимаете, о чем я.

– Безусловно, сэр. Принцип козла отпущения всегда имел сомнительную ценность с этической и с юридической точки зрения. Современная пенитенциарная теория бросает тень сомнения на саму идею возмездия, даже если наказанию подвергается сам злоумышленник. Соответственно труднее оправдать компенсаторное наказание некоего невинного заместителя. Рад слышать, что вы получили должное взыскание, сэр.

– Нет, в самом деле, Джарвис!

– Прошу прощения, сэр, я не имел в виду…

– Довольно, Джарвис. Я не обижен. Ни тени оскорбления. Мы, Вуфтеры, знамениты тем, что умеем вовремя оставить тему. Но я не закончил, у меня были еще некоторые соображения. На чем я остановился?

– Ваши изыскания едва коснулись несправедливости наказания за чужую вину, сэр.

– Да, Джарвис, вы прекрасно выразились. Несправедливость, верно. Несправедливость, вы попали в самое яблочко, это главный приз на любой ярмарке. Но дальше – хуже. Следите за моим рассуждением, Джарвис, как леопард за антилопой. Иисус ведь был Богом, верно?

– Согласно догмату Святой Троицы, провозглашенному древними отцами Церкви, сэр, Иисус был вторым лицом Триединого Бога.

– Так я и думал. То есть Бог – тот же самый Бог, который создал мир, который был оборудован таким количеством разума, что Эйнштейн молча завидовал издалека, Бог всемогущий и всезнающий, создатель всего, что открывается и захлопывается, безупречный образец прозорливости, несравненный кладезь мудрости и мощи – не мог придумать никакого другого способа простить наши грехи, кроме как самому сдаться жандармам и получить по первое число? Джарвис, скажите мне вот что. Если Бог хотел простить нас, почему он нас попросту не простил? Зачем эти муки? Зачем бичи и скорпионы[159], гвозди и мучения? Почему он просто не простил нас? Скажите, Джарвис, что вы об этом думаете?

– Сэр, вы поистине превзошли сами себя. Вы проявили наивысшее красноречие. И, если позволите, вы могли бы пойти еще дальше. Согласно многим высокочтимым пассажам традиционных богословских писаний, главным образом Иисус страдал во искупление первородного греха Адама.