Депутат А. В. Левашёв по этому поводу сделал вывод: если после выступления предсовмина народ начинает по всей стране раскупать спички, соль и так далее, то это означает явный вотум недоверия правительству. Что и, судя по всему, ожидал увидеть наш президент – генеральный секретарь.
В перерыве между заседаниями Верховного Совета СССР Н. И. Рыжков устроил пресс-конференцию для советских и иностранных журналистов. В ней приняли участие первый зампред Совмина СССР, председатель Госплана СССР Ю. Д. Маслюков и зампред Совмина СССР, председатель Госкомиссии по экономической реформе Л И. Абалкин, председатель Госкомтруда В. И. Щербаков.
Николай Иванович сказал:
Щербаков В. И.: «Мы все были в очень нервном и раздражённом состоянии, т. к. понимали, что сказал президент и какие последствия за этими словами последуют. В перерыве, желая снять напряжение, выступил Маслюков. Но куда там! После перерыва Михаил Сергеевич докладом добил своего премьера. Мне, насколько помню, слово вообще не предоставили.
Щербаков В. И.:Рыжкову пришлось срочно комкать своё выступление с ответным словом, подстраивать его под слова Горбачёва.
Надо было видеть, как эмоционально Николай Иванович всё происходящее воспринимал. Он просто почернел и с трудом досидел до перерыва. В тот же день Николаю Ивановичу стало плохо с сердцем, и он не появлялся на работе. Мы, понимая, что русский мужик, неважно, кем он работает, обычно снимает нервное напряжение и стресс традиционным способом, первый день не особо беспокоились. Потом, зная, что он совсем не пьёт, а о госпитализации нам не сказали, стали его искать и нашли в ЦКБ, точно не помню, или с инфарктом, или с инсультом. Всем стало ясно, что наше правительство в ближайшие дни уйдёт в отставку. Это и произошло».