В подобной системе проигрыш СССР в научно-техническом развитии был предопределён. Исключение составляли отдельные приоритетные и привилегированные в плане мобилизации ресурсов направления, в первую очередь связанные с ВПК. За счёт постоянно растущих и изменяющихся требований, жёсткости управления, предметности спроса там удавалось держаться в мейнстриме научно-технического прогресса, а по ряду важнейших направлений и опережать время. На это работало всё народное хозяйство, в том числе независимые структуры, например, Академия наук с её системой академических и научно-исследовательских центров. Разведка занималась тем же. То есть информации о мировых трендах, достижениях и положении дел у конкурентов и потенциальных противников хватало, задача стояла – либо опередить, либо как минимум не отстать».
Но если те же американцы какую-то часть исследований и их результатов засекречивали, но остальное делали доступным гражданским секторам, помогая их быстрому и прорывному современному развитию, в СССР шли другим путём, стремясь засекретить всё по максимуму. В силу этой секретности, возведённой в абсолют, военно-промышленный комплекс близко не подпускал к своим разработкам никого вообще из гражданских отраслей.
Щербаков В. И.: «Таким образом, всем было понятно, что тогдашняя самостоятельность предприятий не идёт ни в какое сравнение с тем, что должно быть при рынке. Пора было перестать им диктовать, что им надо производить и почём реализовывать.
Щербаков В. И.:Сделать это невозможно, когда у тебя некое сырьё ничего не стоит, второе стоит две копейки, а цена конечной продукции не определена.
Надо было провести полную реформу заработной платы. Первый этап такой реформы – корректировка базы и анализ, как на эти изменения среагирует общество, – я успел сделать, как министр труда. Но ещё следовало пересмотреть все тарифы, ввести чёткие оценки простого и сложного труда».
Запуск такой реформы планировался на июль-август 1991 года, провести его должны были за один квартал, причём начинаться она должна была одновременно с реформой оптовых и розничных цен, объявленной ещё до «павловского» обмена купюр. Её хотели начать 2 апреля и к ней привязывали реформу розничных цен на продукты, входящие в среднюю продуктовую корзину. Телевизоры, автомобили тогда решили не трогать.
Одинаковую компенсацию заранее должны были выдать всем, включая неработающих, невзирая на размер их заработной платы. Получалось, что в результате выигрывали малообеспеченные.
Щербаков В. И.: «Таких шагов мы считали, нам надо было сделать 3–4. И поднять зарплату до такого уровня, чтобы стала выгодна такая механизация и автоматизация процессов, когда на производстве простым манипулятором заменяется как минимум 3–4 человек.