Светлый фон
Щербаков В. И.:

Популярная идея (вовсе не чубайсовская, она давно озвучивалась и прорабатывалась до него) всем раздать обезличенные, не персонифицированные поимённо ваучеры, дающие каждому гражданину право на часть государственной собственности, и разрешить их вторичный оборот, проще говоря – свободную продажу, грозила тем, что половина населения отдаст эти ваучеры за бутылку! А скупят их прежде всего теневики. ЦК КПСС, Верховный Совет поддерживают популярную идею таких ваучеров, в лучшем случае помалкивают при спорах.

Означает ли это, что партия и депутаты считают допустимым, что первыми собственниками и первыми бенефициарами государства станут заправилы теневой экономики. Если вы считаете это правильным, значит, правительству поручается подготовить передачу власти в стране криминалу (а это в основном криминал) или все средства производства практически бесплатно, за 1–2 % реальной стоимости продать иностранцам. В этом цель? Я в подобном участвовать не могу.

Дальше. Раздали мы бесплатно ваучеры населению – и что дальше? У них, этих новых виртуальных собственников, так называемых владельцев есть новые продукты, технологии, оборудование? Совершенно ведь ясно, что в стране нет ни идей, ни новых продуктов – ничего, кроме тех товаров, которые лежат на полках уже сто лет или спрятаны давно в подсобки.

Новые технологии и новое оборудование – всё там, на Западе. И денег в стране тоже нет. Следовательно, к приватизации, чтобы получить от неё осязаемый позитивный результат, прежде всего следует привлекать иностранный капитал. Но какой – дружественный или не дружественный? На каких условиях? Отдаём предприятия под полный контроль или не даём больше блокирующего пакета? Какие будем вводить отраслевые ограничения? В ВПК, энергетике, нефтегазовом и электро-энергетическом секторах? В приватизации недр, водных бассейнов и лесов? И надо ответить ещё на кучу вопросов, как не дать иностранному капиталу поглотить всё. Не решили мы и каким образом приватизируемую собственность оценить?

От правительства требовали немедленного, срочного решения, а по нашему мнению, процесс приватизации следовало реализовать примерно лет за десять. Конечно, приватизацию объектов торговли, общественного питания, сферы услуг, мелко товарного хозяйства можно и нужно провести за 2–3 года. Но лично я не знал, выдержит ли общество такие сроки преобразования эмоционально и политически. Пусть это скажут специалисты, потому что страсти накалились до такой степени, что наших возражений, сомнений уже даже слушать никто не хотел. Со всех сторон кричали: “Приватизацию немедленно!”