2) В Союз писателей о Фадееве.

3) В «Советский писатель» о сборнике.

4) Бензин.

Аникин – это мужицкая метаморфоза в чистом виде.

Он убежден в том, что русский народ может терпеть без конца и нет ему равных в мире в этом отношении. Теперь он знает, что мир готовится к новой войне, значит, и мы будем готовиться. Значит, если будет даже высокий урожай, нам лучше не будет: все пойдет в резервы войны. И что нет никаких надежд на лучшее в будущем для нас, и живи тем, что у тебя есть. Ляля на это ответила:

– Мне все равно, я знаю, что мы долго не проживем.

– Этого знать мы не можем, – ответил я, – сколько мы проживем. Но я знаю, что если в таком безнадежном состоянии буду долго жить, то после смерти перевоплощусь в лягушку.

Мораль сей басни: необходимо войти душою (для меня душа в писательстве) в моральный смысл этой войны. Для ближайшего времени это надо выразить в моей работе «Царь природы».

Что-то вроде Страшного Суда надвигается, и я – подсудимый, а общество – судит.

На этом суде «я» божественное в человеке должно восторжествовать.

И какое, значит, должно в личности пробудиться усилие, если она восторжествует даже на этом суде, страшном своею правдой.

Потому-то суд и называется «страшным», что Бог не будет распят, как в первом пришествии, а восторжествует даже перед судом страшной человеческой правды.

Вот почему у нас коммунист и отвращается от религии: коммунист собирает вокруг себя суд человеческой правды и вызывает личность человека на суд. Быть может, вокруг

530

божественной личности человека собралось слишком много обмана, и таящийся в личности Бог должен заявить о себе перед судом человеческой правды. И вот вам будущее: захочет ли Бог выйти и заявить о Себе на суде человеческой правды?

Патриотизма у нас нет никакого, но есть что-то гораздо большее, чем патриотизм: господствующая над нами сила внеличная. «По совести» человека нашего об этом нечего спрашивать: совесть, т. е. чувство своей личности, остается «запечатленной» и человек определяется не в личности, а в отличии («отличники и герои»). В том-то и дело, что совесть (личность) связана с Богом, и какая же тут совесть, если все личное в человеке должно предстать перед лицом правды.

– Эх, М. МЛ вы такой идеалист! <Вымарано: Просто-напросто зашла над русским народом [шайка разбойников] и ведет народ на разбой: хотели всех капиталистов ограбить в пользу своей шайки. Но видели мы, когда своих ограбили, лучше ли стало? Так точно и когда всех имущих ограбят. Пусть будет плохо, но надо всех имущих грабить. Может быть, они бы и рады теперь отступить, да куда же от себя отступишь. Русский народ сам по себе ни во что такое не верит, о чем вы пишете, о богоборчестве и всем таком. Универсальности нет никакой. А идея ... коммунизма – это просто шкура змеи: придет время, и змея, т. е. сама жизнь, сбросит эту шкуру.*>