23 Сентября. Такой же чудесный день, как и вчера.

Кажется, ни разу еще не приходилось так быстро перелетать из деревни в город: утром решал вопрос – мешает ли туман, предшествующий восходу солнца, росту мороза, а в обед смотрел на реставрацию купола нашей церкви над солнечной Москвой.

Сколько бы ни праздновали 800-летие Москвы – это не Москва: Москва есть нечто устойчивое, а это – пыль и вонь строительства будущего, но никак не Москва!

Мысль о народном чувстве земли: мужики и Курымушка*, Адам и Ева, белый перепел: везде не самая земля, а чувство земли, во всякой идее в то же время чувство тела земли.

В воскресение на базаре в Звенигороде исчезла картошка, а что привезли – продавалось не по 100 рублей, как раньше, а по 200. Мы подумали, не есть ли это результат паники от речи Вышинского в Америке? (Наш председатель – радио.)

Вчера в Москве спросил я Ивана Федоровича из Пушкина – мужика-середняка («я – как все»):

– Что в народе говорят о речи Вышинского?

– Болтают везде, – ответил он.

И я думаю, что наше предположение правильно.

* Курымушка – детское прозвище Миши Пришвина – см. автобиографический роман «Кащеева цепь».

664

Тогда это чувство было только у нас. Теперь это (от речи Вышинского) выходит на весь мир.

Как удивительно последовательно вырастает коммунизм, не отступая ни перед чем, не сдаваясь ни в чем. Речь Вышинского <вымарано 3 строки> по-видимому непобедима и личное упорство мысли этому движению по-прежнему похоже на встречу упрямого быка с поездом.

<3ачеркнуто: Скандальное выступление в зажиточном обществе (вспоминается матрос у нотариуса Шубина, горбатого старика. У матроса револьвер в вытянутой руке: оружие! И нотариус подает свою форменную шпажонку.>

Ходил к N проверить себя, и все, чего я боялся, так оно и есть: война возможна в каждый момент, а смелость Вышинского – это «vas bank» (как мне сказали). И еще: «Ф. знает больше нас, но от этого ему не легче», «и что знает, нам он не может сказать».

24 Сентября. И еще золотое утро. Но какой воздух даже на балконе шестого этажа – смрад!

Переспал ночь после разговора и не могу расстаться с чувством встречи начала конца.<Вымарано 2 строки.> После разговора убедился, что я не один, и даже больше: что я счастливейший из мужиков и, как мне сказали, экстерриториальный и неприкосновенный; и что это сделала поэзия, только поэзия.

– Моя поэзия, – ответил я, – в том виде, как я ее даю людям, есть результат моего доброго поведения в отношении памяти моей матери и других хороших русских людей. Я совсем не литератор и моя литература является образом моего поведения. Мне думается, что поэзия есть важнейшая душевная сила, образующая личность и свойственная огромному большинству людей, и каждый из них мог бы сделаться поэтом сродного ему дела. И не делается им, потому что находятся в плену у злых сил. Однако освободить внутреннюю душевную силу человека невозможно действием извне: к этому благоприятному действию извне силой общественной необходимо соответственное внутреннее поведение каждого в отношении