— Все ясно, — пробасил генерал Баранов.

13

После обеда, в 16.00, Белов вызвал к себе с очередным докладом подполковника Кононенко. И, как всегда, испытал приятное чувство при виде начальника разведки: энергичного, подтянутого, с блестящими карими глазами.

Не прошло и года с начала войны, а Кононенко очень изменился, как, вероятно, изменился и Павел Алексеевич: самому-то не видно.

Уверенней, солидней держался начальник разведки, гуще стали его усы, проступила на висках седина. Но не только внешние перемены замечал у своего помощника Белов. Нет, не ошибся Павел Алексеевич, когда потребовал, чтобы на ответственную должность назначили довольно молодого еще офицера. За короткий срок Александр Константинович овладел всеми тонкостями трудного дела и вроде бы даже перерос корпусные рамки. Со своими немногочисленными сотрудниками он выполнял работу, которая под силу разведывательному отделу общевойсковой армии. К подполковнику стекались сведения по различным каналам: из дивизий, от партизан, от диверсионных отрядов, от местного населения, от пленных, от специальных групп, проникавших во вражеский тыл.

Во время докладов Кононенко краток, деловит. На вопросы отвечает четко. Все заранее продумано, взвешено. Главные сведения изложены на бумаге.

Сегодня в разведсводке много важных сообщений. Павел Алексеевич, делая пометки карандашом, задерживался на тех строчках, которые особенно интересовали его.

«В городах Шклов, Горки, Орша немцами уничтожено еврейское население до единого человека. Из Орши после бомбежки нашей авиацией немцы вывели основные силы своих войск и разместили их в деревнях вдоль железной дороги Орша — Горки. Отмечается прибытие в указанные районы нового пополнения бельгийской национальности.

В лагерях военнопленных в г. Орша немцы варят из трупов мыло. Мыловар оршинских лагерей — военнопленный Селезнев. Он был на окопных работах, бывший уголовник, проходил Александровский централ, был на лесоразработках в северных районах. В лагерях свирепствуют тиф и дизентерия. Ежедневно выносят по пятьдесят — сто трупов.

В деревне Песчалово есть полицейский, который проводит бежавших из плена красноармейцев через деревню, где стоит немецкий штаб. Способ сопровождения: берет винтовку и ведет по деревне как арестованных. Выводит за деревню, берет расписку от них, в которой указывается благодарность за оказанную помощь. Таких расписок у него имеется около 40 штук.

(Павел Алексеевич сделал пометку: „Сообщить полковнику Шмелеву для использования при движении по тылам противника“.)

Полицейские в лагерях тоже из военнопленных, прилично одетые, обмундирование аккуратно подогнано, все в хромовых сапогах. Ежедневно проходят строевую подготовку. В строю поют песню: „Нас побить, побить хотели, нас побить пыталися…“