Генерал Баранов продрог в пути — ехал всю ночь. Сидел нахохлившись, кутаясь в бурку.

Его слушали первым; он докладывал о работе призывных комиссий, о создании военкоматов в Дорогобужском, Ельнинском, Всходском, Знаменском и Глинковском районах. Говорил сперва хрипло, нахмурившись, но сами новости заставили Баранова повеселеть. Шутка ли: в 1-ю гвардейскую кавдивизию влилось около трех тысяч человек, большей частью окруженцев, имевших боевой опыт! В дивизии восстановлены все сабельные, пулеметные эскадроны и полковые артиллерийские батареи, укомплектованы саперные полуэскадроны и полуэскадроны связи.

— Виктор Кириллович, про Семлевский район скажи, — обратился к нему Щелаковский, — Как вы под самым носом у немцев…

— Да ведь известно, наверно, — пожал плечами Баранов, а на лице появилась довольная улыбка. — Семлево-то райцентр, немцы держат, а мы в этом районе четыреста человек на службу призвали. Четыреста одиннадцать, — поправился он. — И в Кардымовском, и в Ярцевском районах мобилизацию провели.

Виктор Кириллович сунул в карман бумажку с цифрами, заговорил о положении на своем участке фронта.

— Сейчас затишье, Днепр вот-вот разольется. Немцы копят силы. А у нас местные людские ресурсы исчерпаны В связи с этим командир партизанского отряда полковник Шмелев просит разрешения пойти на запад по немецким тылам вплоть до Смоленска и собрать там окруженцев.

Павел Алексеевич записал предложение в блокнот. Идея хорошая. Шмелев командир умный, среди партизан пользуется авторитетом. Обязательно нужно послать с ним своих представителей — политработников и разведчиков..

Пора было переходить ко второму вопросу. Военный совет Западного фронта разрешил генералу Белову расформировать 41, 57 и 75-ю легкие кавалерийские дивизии. Они уже исключены из штатов Красной Армии. Оставалось только зачитать приказ.

Собравшиеся хорошо знали, что легкие кавдивизии давно уже сделались словно бы составной частью гвардейских соединений, что приказ просто закрепляет сложившееся положение. И все же людям было грустно. Короткий путь прошли эти маленькие маневренные дивизии, почти незаметные в общей массе действующей армии, но путь этот был славным. Сколько напряженных боев, героизма, самоотверженности, смертей!.. Неужели все это сотрется в памяти людской, исчезнет со страниц истории, на которых достойное место займут прославленные дивизии, корпуса, армии?!

Полковник Москалик крепко сцепил руки, чтобы не вздрагивали. Только теперь стало видно, что у отважного комдива — искусственный глаз. Один глаз покраснел, затуманился, а другой блестел, как всегда, холодно и спокойно.