— Что же вы не здороваетесь? — ехидно спросил штатский.

— Не понимаю, господа, — голос Павла прозвучал резко и сухо, — что вам угодно от меня?

— К кому вы шли?

— К знакомому, который остановился где-то в гостинице.

— Кого вы знаете из этих?

— Повторяю, господа…

— Кто покупал оружие? Старик?

Вот оно что! Павел и раньше догадывался — деньги Урусхан получает не от отца… В казарме пропадают винтовки. А за продажу их — смертная казнь…

— Я не желаю разговаривать в таком тоне! — Павел напрягся, чтобы не дрогнул голос, а сам соображал лихорадочно: «Задержать меня они не имеют права… Улик у них нет».

Верзилы переглянулись. Тот, кто был, видимо, старшим засады, сказал:

— Пойдемте со мной в участок!

— В участок — да. Если нужно. С вами — нет. Я не арестованный и не потерплю, чтобы меня конвоировали. Дайте адрес.

Оказавшись на улице, Павел вздохнул с облегчением: теперь есть время подумать. Он несколько раз оглянулся. Двое шли сзади, стараясь остаться незамеченными. От них можно отделаться: свернуть в проходной двор, прыгнуть в трамвай и уехать в школу. Но это не выход из положения. Раз бежал, значит, виновен. Будут искать особенно рьяно и найдут… Следовательно, надо не признаваться ни в чем, не давать даже маленькой ниточки… Искал своего знакомого, и все!

Юнкер Белов, насвистывая на ходу, лихо козырял встречным офицерам. Топоча сапогами, вбежал на крыльцо участка. Вошел к дежурному, спросил с улыбкой, куда может обратиться по своему делу. Дежурный тоже улыбнулся и сказал, что ему звонили и что они постараются быстро все выяснить.

Вскоре привели кавказцев. Их обыскивали на глазах у Белова и у каждого обнаружили толстую пачку денег. Особенно много нашли у Лотиева, деньги зашиты были в подкладку, лежали под стелькой мягких горских сапог.

По требованию дежурного Павел написал короткое объяснение, потом, выполняя его просьбу, без колебаний вывернул карманы. В них было неотправленное письмо матери, носовой платок, несколько револьверных патронов…

Только увидев, как насторожился, перестал улыбаться дежурный, Павел понял свою ошибку.

— Зачем вам патроны?

— Завалялись после учебной стрельбы, — пожал он плечами. Павел не лгал, и было особенно обидно, что эта мелочь может послужить основой для обвинения.

— Зачем вы взяли их в город? — настаивал дежурный. — Как образец товара?