Нам стало известным, что часть артиллерии 39-й пехотной дивизии расположилась недалеко – на расстоянии каких-либо 100 верст от Новочеркасска.

Командир 1-й батареи подполковник Миончинский послал разъезд человек 15 из юнкеров его батареи с целью захватить орудия у этой дивизии. Юнкера из такого предприятия вышли благополучно, и через несколько дней в Новочеркасске появился этот разъезд с двумя орудиями, полной упряжкой и зарядными ящиками.

Таким образом, у нас стало три орудия. Донская батарея имела в парке 5 орудий (одно осталось у нас от похорон). Орудия охранялись. Решено было эти 5 орудий купить. Донцы рвались по своим станицам. Покупка состоялась. Однако случилось одно непредвиденное обстоятельство. У донцов произошла смена частей, и новая смена обнаружила пропажу всех пушек. Казаки в свою очередь решили свои пушки отобрать. Когда об этом доложил подполковник Миончинский, то я немедленно отправился к походному атаману генералу Назарову, которому объяснил всю правду. Походный атаман признал, что Добровольческой армии нужны орудия, но он официально своею властью не может разрешить передать пушки нам, но неофициально благословляет взять и как можно скорее с ними уходить. Потом временно 2 орудия были даны полковнику Чернецову.

В тот же день Добровольческая армия из Новочеркасска ушла в Ростов. Батарея полковника Миончинского в большинстве состояла из юнкеров Михайловского и Константиновского артиллерийских училищ, прибывших на Дон маленькими группами или одиночками. Между прочим, при осмотре этой батареи я обратил внимание на очень стройного и красивого юнкера – оказалось, что этот юнкер был – княжна Волконская, бывший вахмистр конных разведчиков в женском батальоне прапорщика Бочкаревой. Это была одна из лучших батарей в формируемой Добровольческой армии. Из этой же батареи была в свое время отправлена группа юнкеров в Екатеринодар, чтобы там получить пушки. К несчастью, она целиком попала в руки большевиков и очутилась в Новороссийской тюрьме.

6 декабря 1917 года в Новочеркасск прибыл генерал Корнилов. Вскоре потом на Дон стали приезжать и остальные быховские узники. Приказом генерала Алексеева генерал Корнилов 25 декабря был назначен командующим Добровольческой армией, а в руках генерала Алексеева сосредоточилась лишь политическая и финансовая часть Добровольческой армии. Генерал Деникин возглавил все сформированные части армии, как в Новочеркасске, так и в Ростове. Таким образом, генерал Деникин стал начальником гарнизона в Новочеркасске с начальником штаба генералом Марковым, а я занял должность офицера Генерального штаба, соответствующую по должности старшему адъютанту штаба дивизии. Все остальные генералы числились при штабе армии. Начальником штаба армии был генерал Лукомский.