Могила Титова Федора Андреевича, деда поэта

На этом кладбище покоятся и двоюродные, и троюродные, и друзья и подружки. У деда и бабушки Есениных было 2 дочери и 2 сына, у дедушки и бабушки Титовых одна дочь (Татьяна Федоровна) и три сына: Александр, Иван и Петр. На современном участке кладбища, среди ухоженных могил с добротными памятниками, есть одна могила, обращающая на себя внимание: здесь покоится не родственник по крови, но по духу очень близкий Есенину человек – актер и режиссер Театра кукол им. С. Образцова Андрей Сергеевич Денников. Андрей умер молодым, как его любимый поэт. Обладал многими талантами: прекрасно пел и танцевал, писал стихи. Он поставил Сергею Есенину памятник – нерукотворный – и так выразил ему свою любовь. Те, кому посчастливилось посмотреть спектакль «Исповедь хулигана», утверждают, что этот уникальный спектакль – лучшее воплощение образа поэта на театральной сцене. В спектакле был занят всего один актер – Денников в роли Есенина, остальные артисты – куклы. Андрей Денников, предчувствуя ранний уход, завещал похоронить себя в Константинове. Памятник с умирающим белым лебедем напоминает надгробие певца Леонида Собинова на Новодевичьем кладбище в Москве.

Здесь похоронен замечательный артист Андрей Денников

Рядом с Андреем Денниковым похоронена его бабушка

Просторы села Константиново

Кладбище села Константинова еще ждет своего пытливого краеведа. А Есенин… Верю, что его душа возвращается сюда снова и снова. Парит над родными просторами, над белокрылым Храмом Казанской иконы Божией Матери, над скромным сельским кладбищем, над родительской избушкой, над монастырями Мещеры, куда водила его любимая бабушка Наталья… Кто не был в Константинове, тому не понять…

Московские кладбища

Когда-то, в звездный период публичных выступлений, главари банды имажинистов – Вадим Шершеневич, Анатолий Мариенгоф, Сергей Есенин и Александр Кусиков – называли себя бессмертными. Подводя итоги своей жизни, Вадим Шершеневич написал в «Великолепном очевидце»: «Никогда в жизни я так ясно не ощущал, что на кладбище у меня больше знакомых, чем в Доме Герцена. Я не бываю на похоронах. Я хоронил только Есенина. Траурные объявления забываются. И вот сейчас, когда я записываю свои воспоминания, я понял, что многих умерших я не осознал, как умерших». Вадим Шершеневич умер в эвакуации, в Барнауле, не дожив до 50 лет, Мариенгоф – на отдыхе в Комарове, в 64 года, Сандро Кусиков скончался в Париже на 81-м году жизни. «Блуждающая почка имажинизма» – Рюрик Ивнев умер в Москве в 89 лет. Давайте вспомним тех, кто нашел упокоение на московских кладбищах: Сергея Есенина, его мать и сестер, его друзей и недругов, благодетелей и злопыхателей…