Та же участь постигла и предложение создать производственный комплекс по извлечению золота из руд с помощью биотехнологий, разработанных в Украинском институте биоколлоидной химии. Технологии, особенно привлекательные своей экологичностью, на тот момент не имели аналогов в мире. Президент Грузии Эдуард Шеварднадзе в указе от 9 октября 1996 года подчеркнул, что, исходя из стратегических интересов Грузии, новые технологии и их практическая реализация по извлечению из руд редкоземельных элементов и драгоценных металлов являются одним из важнейших научно-технических направлений для страны. Но, видимо, стратегические интересы Грузии не совпадали с интересами многочисленного коррумпированного чиновничьего аппарата.

С каждым днем все труднее было сохранить коллектив института. Людей приходилось увольнять, многие уходили сами – в торговлю, часть – уезжали за границу. В конце концов стало ясно, что никаких перспектив для полноценной научно-технической работы в области обороны в Украине в обозримом будущем не предвидится, и в январе 1999 года отец уволился по собственному желанию…

Вглядываясь в прошлое, отец допускал, что для него все могло закончиться еще в 1953 году. Власти могли принять другое решение: лишить жизни или, оставив в живых, лишить любимой работы, несмотря на поддержку ведущих ученых, выступивших в его защиту.

Тяжело было в 29 лет все начинать сначала, но отец считал, что должности и звания – это еще не все. Он рассказывал:

С юных лет я воспитывался как военный человек без роскоши и лишних удовольствий. Увлекшись наукой, и вовсе упустил возможность предаваться светским увлечениям. Тем не менее, я не был отшельником, находил время и для семьи, и для друзей. В конце концов таким я и остался, хотя семьи, к сожалению, в привычном смысле давно нет. Пришлось привыкнуть к внутреннему одиночеству, когда в окружении множества людей чувствуешь себя в уединении. А отказываться я не стал ни от чего: ни от Родины, ни от родного языка, ни от родного отца. Долго от меня такого отказа добивались, но тщетно. Отторжение же лжеприятелей и лжедрузей произошло само по себе, и я рад, что таких людей оказалось очень мало. Мне очень нравится изречение Монтеня: «Человек не всегда должен избегать боли и не всегда должен стремиться к наслаждению». Я живу именно по этому принципу. Свою боль ношу всегда с собой, а наслаждаться чужим несчастьем – не в моих правилах.

С юных лет я воспитывался как военный человек без роскоши и лишних удовольствий. Увлекшись наукой, и вовсе упустил возможность предаваться светским увлечениям. Тем не менее, я не был отшельником, находил время и для семьи, и для друзей. В конце концов таким я и остался, хотя семьи, к сожалению, в привычном смысле давно нет. Пришлось привыкнуть к внутреннему одиночеству, когда в окружении множества людей чувствуешь себя в уединении.