Встреча оказалась далеко не любезной. С окраины села пулеметные тачанки открыли такой огонь, что я не знал, в какую дверцу броневика мне влезть. Флаг был пробит в трех местах… И тотчас конница пошла в атаку… Все в черкесках… Свои?

Я приказал не стрелять. Броневик дал полный газ, завыла сирена, и я стал пускать вперед светящиеся ракеты. Лошади пугались и поворачивали назад.

Три раза повторялись атаки, и три раза броневик их отбивал таким cпособом. Потом вдруг выскочило штук двенадцать пулеметных тачанок, которые начали сосредоточенным огнем обстреливать нашу машину. В пулеметную бойницу один мой пулеметчик был ранен.

На меня напало сомнение – трехцветный флаг, трехцветные круги, мы не стреляем, а нас атакуют. У красных есть тоже таманские полки из казаков… И лишь только конница опять пошла в атаку, «Верный» открыл огонь. Лавы повернули и скрылись в селении. На выгоне осталось с десяток лошадей и три человека.

Через некоторое время из селения вынеслась конно-горная батарея, лихо повернула и стала сниматься с передков. Дело становилось серьезным, нужно было уходить поскорее.

Но батарея огонь не открыла. От нее отделились три человека и, размахивая фуражками, понеслись к броневику. Среди них был капитан Колзаков, командир Дроздовской конно-горной батареи, в формировании которой я принял участие в Яссах.

– Ну и наделали вы переполоху, – смеялись офицеры, – мы сразу узнали «Верный»…

Броневик окружили казаки. Это был, если мне не изменяет память, 1-й Екатеринодарский полк Кубанского казачьего войска.

– А мы думали, что это большевистский броневик, который мы отрезали от переправы, – добродушно говорили казаки. – Почему вы не удирали, когда мы вас атаковали?

– Да потому, что мы вас не боялись. Что вы могли бы сделать броневику?

* * *

«Верный» мирно стоял под деревьями. Рядом в доме команда с аппетитом уплетала яичницу. К броневику подъехала группа конных и остановилась. Я вышел узнать, в чем дело. Кубанский полковник объяснял окружающим, что вот этот самый красный броневик он отрезал от переправы через Кубань и захватил его с бою со всей командой. Это был, как я узнал потом, командир кубанский бригады, полковник Т. На броневике развевался трехцветный флаг; название – «Верный» – на нем было написано через букву ять. Если в пылу боя простые казаки этого не разбирали, то в спокойной обстановке полковник должен был бы все это видеть.

– Как это вы взяли броневик? – спросил я у полковника.

– А вам какое дело? Кто вы такой?

– Я как paз и есть командир этого броневика и хотел бы знать – как вы его взяли.