– Так это вы моих казаков побили?

– Я!

– Я прикажу вас повесить…

Я не стал ожидать продолжения этого неожиданного оборота дела и дал свисток. Мигом команда «Верного» была на своих местах: загудела сирена, полетели ракеты и испуганные лошади понеслись галопом в разные стороны.

Через четверть часа приехал урядник. Генерал Врангель просит командира броневика на железнодорожную станцию. Когда «Верный» подходил к ней, мы увидали, что со стороны Армавира подошел наш бронепоезд и из него вышли генерал Казанович и его начальник штаба полковник Гейдеман – мое прямое начальство. На платформе стоял высокий генерал в черкеске – начальник 1-й конной дивизии. Это был генерал Врангель, и его видел я впервые.

– Капитан, – сказал он мне с укором в голосе, – вы ранили двух моих лучших офицеров, я не говорю уж про лошадей…

– Ваше превосходительство, ваши казаки тяжело ранили моего офицера-пулеметчика.

Генерал Врангель протянул мне руку.

– Что вы хотите, капитан, у меня казаки и черкесы – они не разбираются ни в каких флагах…

Я приношу свое извинение. Разговор был совсем не тот, что с полковником Т.

– Ваше превосходительство, – сказал я генералу Врангелю, – черкесская бригада пошла на Овечку, прикажете ей помочь?

– Я не могу вам приказывать, – ответил генерал Врангель, – вы не в моем подчинении, но если вы будете любезны, то я буду благодарен.

Полковник Гейдеман взял меня под руку и отвел в сторону. «Поезжайте на Овечку, если вам так хочется, но не слишком увлекайтесь», – сказал он мне.

* * *

В конце октября почти все силы большевиков сосредоточились в районе Ставрополя и почти вся Добровольческая армия обложила красных со всех сторон тонкой цепочкой. В густом тумане на рассвете 31 октября большевики своими лучшими частями – Таманской армией – нанесли удар из Ставрополя в северном направлении. Стоявшие здесь и уже сильно поредевшие в непрерывных боях Корниловский и 2-й Офицерский полки понесли тяжелые потери и были отброшены к городу Пелагиаде. Вечером Самурский пехотный полк с броневиком «Верный» перешел в контратаку и занял южную окраину Пелагиады. Весь день 1 ноября самурцы и броневик вели упорный бой в этом селении.

Заняв накануне вечером Ставропольский монастырь, 1-я конная дивизия генерала Врангеля продвинулась к вокзалу, и на следующий день «Верный» был передан в распоряжение генерала Врангеля и переброшен к монастырю. В доме игуменьи, где помещался штаб, генерал Врангель меня приветливо встретил:

– А, старый знакомый!

– Надеюсь, ваше превосходительство, что на этот раз, как уже старые знакомые, мы не подеремся, как у Конакова?