Взвод улан Его Величества, под командой поручика В. Немировича-Данченко[532], был выслан разъездом к северу, чтобы проследить движение красных, двигавшихся за отходящими войсками. Всю ночь никто из людей разъезда не спал, так как ожидалось наступление противника. Поручик Немирович-Данченко и посланный с ним вместе прапорщик Накашидзе сидели спокойно в хате и разговаривали с вахмистром Эбингером, как вдруг, рано на рассвете, в хату вбежал улан и взволнованным голосом доложил, что показалась конница большевиков и что передовые части уже совсем подходят к хутору и через несколько минут могут быть здесь. Все сразу же вскочили с мест и выбежали на двор, где стояли на привязи кони.

– Подтянуть подпруги и садись! – скомандовал Немирович-Данченко.

Лошади стояли всю ночь поседланными ввиду ожидавшейся каждую минуту тревоги, и через мгновение все уланы уже сидели на конях. Когда из хутора последним выезжал Накашидзе, большевики с северной стороны галопом входили в хутор.

– Шире ход, за мной! – подняв правую руку, скомандовал Немирович-Данченко.

По вспаханному и еще сырому от только что выпавшего снега полю поскакали уланы. Большевики, увидев всадников, бросились их преследовать, дико рыча и уговаривая сдаться. Но уланы скакали во всю мочь и держали направление на железнодорожную станцию Ново-Алексеевка, стараясь все время увеличить расстояние между ними и преследовавшими их красными. Большевики на ходу открыли огонь из пистолетов. К сожалению, лошади улан начали через некоторое время сдавать и частично переходили в рысь, несмотря на усилия со стороны всадников держать их на широком аллюре. Благодаря этому большевикам удалось взять четырех улан в плен, и между ними был вольноопределяющийся Панченко.

– Передайте всем привет, я остаюсь! – прокричал он вдогонку уходящему на полном галопе Накашидзе. Накашидзе не имел возможности остановиться, ибо за ним тоже гнался красный и вот-вот настигал его.

– Сдавайся, черт, все равно не уйдешь! – рычал он вслед и размахивал обнаженной шашкой.

Но Накашидзе не растерялся. Когда он почувствовал, что его лошадь тоже начинает уставать и что таким образом он легко может попасться в руки преследовавшего его злодея, он быстрым движением снял с плеч свой мексиканский карабин и решил попробовать убить красного с коня, на ходу. Он вскинул карабин, обернулся назад, прицелился, насколько мог, и спустил курок, но вместо выстрела – осечка. Лошадь начала на брошенном поводу замедлять ход, а красный – все ближе и ближе. Тогда Накашидзе прицелился во второй раз, спустил курок – и опять осечка.