Завтра утром мы выступаем, поэтому сегодня же нужно позаботиться обо всем, сократить обозы, выбросить все ненужное барахло. Если кому-нибудь что-либо неясно, спрашивайте, не стесняйтесь.

Гробовое молчание было ответом. Солдаты стояли как вкопанные, внимательно наблюдая за своим командиром.

– Так все ясно? – спросил полковник Ковалинский. – Ни у кого нет вопросов?

– Господин полковник, разрешите доложить? – вдруг раздался голос из эскадрона конногренадер.

– Да, – ответил Ковалинский, – кто хочет спросить?

– Господин полковник, – начал конногренадер Боллес, – мы, солдаты, не оставим вас, даже если придется идти на смерть. Мы всюду пойдем за вами, куда бы вы нас ни повели.

– Спасибо, Боллес, – сказал Ковалинский, – твои слова показывают, что с такими солдатами мы пройдем где угодно и что для нас ничего страшного нет. Я рад лишний раз убедиться, рад узнать, что не поник еще дух русских воинов, решивших постоять за свою Родину до конца. Спасибо, братцы! – крикнул весело полковник Ковалинский.

– Рады стараться, господин полковник! – гаркнули в ответ сотни голосов.

Быстро стали расходиться эскадроны. Осунувшиеся было лица озарились улыбками, и снова вернулась бодрость. Исчезла грусть, точно ее никогда и не было…

В армии нельзя никому ничего предлагать, нужно только приказывать. Солдата всякое предложение ставит в недоумение, в решительные минуты ему нужно только приказывать. С военно-психологической точки зрения это единственное решение при создавшейся сложной обстановке. Как видно из описания «состояния умов» хотя бы только улан, можно смело сказать, что клич «спасайся кто может и как знает» только усугубил душевные переживания солдат, совершенно их обескуражил. После такого предложения они сразу потеряли свой воинский дух – это были уже не эскадроны, не полк, не бригада и не дивизия, просто сборище растерявшихся людей, потерявших в этот момент громкие названия своих воинских единиц. Солдатам предлагать идти вперед или стушеваться – непонятно. Военный язык знает лишь одно: вперед или назад, а понятие «делай что хочешь» солдату чуждо. Настроение улан, когда им их командир эскадрона предлагал право выбора: идти дальше с нами или оставаться, было растерянное, а после речи командира полка и его приказа двигаться дальше всем вместе – стало бодрым и радостным. Полк, командиры и их приказы – это для настоящего солдата понятнее, чем расплывчатые советы и предложения самому решать свою судьбу. Революция затуманила мозги наших доблестных солдат, слово «свобода» – это был тот всепоражающий яд, который нарушил основные понятия воинской дисциплины и воинского духа армии. Только приказ и беспрекословное подчинение этому приказу – вот основа существования всякой армии.