В войсках Ленинградского, Волховского и Северо-Западного фронтов на ту же дату насчитывалось 725 тыс. человек, 9 тыс. орудий и минометов, 230 тяжелых и средних танков.

Советские войска превосходили противника в живой силе, в количестве орудий, минометов и танков. Однако противник имел преимущество в авиации, что уравнивало соотношение в технических возможностях противоборствующих сторон. Это убедительно показали боевые действия, которые в скором времени развернулись на участке фронта в бассейне реки Волхов от южного берега Ладожского озера до Ильменя. Планируя операции на начало 1942 г., Ставка исходила также из того, что успешное контрнаступление советских войск под Москвой не позволит немецко-фашистскому командованию усилить группы армий «Север» резервами или соединениями, снятыми с других участков советско-германского фронта.

Ставка Верховного главнокомандования на своем расширенном заседании 5 января 1942 г. рассмотрела возможности активизации наступательных действий на более широком фронте. При этом Ставка исходила из того, что именно сейчас наши войска должны не дать врагу передышки, его нужно гнать на запад без остановки, заставить немцев израсходовать свои резервы еще до весны, когда мы накопим свои резервы и обеспечим разгром германских войск в 1942 г. Для этого Красная армия всеми девятью фронтами должна перейти в наступление на тысячекилометровом пространстве от Балтийского до Черного моря. При этом войска Ленинградского, Волховского и правого крыла Северо-Западного фронтов при содействии Балтийского флота должны были разгромить главные силы группы армии «Север» и ликвидировать блокаду Ленинграда; Калининский и Западный фронты во взаимодействии с армиями Северо-Западного и Брянского фронтов обязаны были окружить и разгромить главные силы группы армий «Центр»; Южный и Юго-Западный фронты имели задачу нанести поражение группе армий «Юг» и освободить Донбасс; Кавказскому фронту совместно с Черноморским флотом предстояло в течение зимы освободить Крым. Несомненно, у высшего командного состава Красной армии, участвовавшего в разработке данного плана, наблюдалась некоторая эйфория в истинных возможностях наших войск в такой крупномасштабной операции. Не учитывались в ней те огромные потери, которые понесли наши войска в начальный период войны. Тогда Красная армия потеряла 3987,7 тыс. человек, из них 2849,9 тыс. безвозвратно[684].

В войсках отмечалась нехватка вооружения, имущества связи, инженерных средств, не хватало обученных механиков – водителей танков и т. д. Значительный дефицит был в боеприпасах. На совещании генерал армии Г. К. Жуков с осторожностью отнесся к этому плану, посчитав, что успех может быть лишь в центре великого противостояния: «На западном направлении, где создались более благоприятные условия и где противник не сумел еще восстановить боеспособность своих частей, надо продолжать наступление. Но для успешного исхода дела необходимо пополнить войска личным составом, боевой техникой и резервами, в первую очередь танковыми частями. Если мы эти пополнения не получим, наступление не может быть успешным. Что касается наступления наших войск под Ленинградом и на юго-западном направлении, то наши войска стоят перед серьезной обороной противника… Я за то, чтобы укрепить направление Западного фронта и здесь вести более мощное наступление»[685].