В городе свирепствовал голод. В январе 1942 г. окончательно иссякло топливо. Местные электростанции прекратили подачу электроэнергии. Остановился трамвай. Вышли из строя водопровод, канализация и паровое отопление. Прекратили работу коммунальные учреждения: бани, прачечные, парикмахерские. Ослабленные от истощения люди вынуждены были ходить за водой на Неву, добираться до работы пешком с одного конца города на другой или жить в заводских цехах. Станки приводились в движение заводскими генераторами или просто вручную.

Для обогрева цехов и жилых помещений стали широко применять железные печи, что вызвало в городе многочисленные пожары; это было не менее опасно, чем вражеская бомбардировка и артиллерийский обстрел, так как нехватка воды и людей чрезвычайно осложняла борьбу с пожарами. Благодаря решительным мерам городских организаций, создавших большое количество пожарных команд и проведших широкую разъяснительную работу среди населения города, удалось ликвидировать и это бедствие.

Положение в городе продолжало ухудшаться. Резко повысился процент заболеваемости цингой и дистрофией. Катастрофически росла смертность. В декабре 1941 г. в Ленинграде умерло людей столько, сколько их умерло за весь 1940 г., а в январе 1942 г. смертность среди населения составила 3,54 тыс. человек в день[1111].

В самые тяжелые дни осады, зимой 1941/42 г., в связи с массовым заболеванием цингой было принято решение о производстве из хвои витамина С. В заготовке хвои активное участие приняли комсомольцы и молодежь. В первой половине 1942 г. было изготовлено 783,5 тыс. литров хвойного настоя[1112].

Большую помощь продовольствием ленинградцам оказало население области. Только за последние два дня января 1942 г. в Ленинград из северо-восточных районов области было доставлено 300 т различного продовольствия. Даже из оккупированных районов в марте 1942 г. жители города получили свыше 500 ц хлеба, жиров и других продуктов[1113]. Мобилизация продовольственных ресурсов, учет и экономное их расходование несколько облегчили трагическое положение ленинградцев и помогли им переносить невероятные лишения, вызванные голодом, холодом и непрерывными артиллерийскими обстрелами города.

Военный совет фронта, уверенный в дальнейшем улучшении работы ледовой трассы, решил увеличить с 25 декабря нормы выдачи хлеба рабочим и инженерно-техническим работникам на 100 г, а служащим, иждивенцам и детям – на 75 г в день. Радостная весть молниеносно облетела весь город. В этой небольшой прибавке хлеба защитники города вновь почувствовали всенародную помощь.