Светлый фон

 

 

Григорий Азаренок:

На фронте, на передовой – там лучшие мужчины, там лучшие, там воины. Простые с прямым взглядом – серьезные, сосредоточенные, сильные, красивые – самые, самые лучшие, самые эталонные. Каждый из них – самый, самый прекрасный. А в тылах сидят персонажи, которые устраивают вечерники, оргии, поливают б… шампанским и смеются над туповатыми «Ваньками» на фронтах.

На фронте, на передовой – там лучшие мужчины, там лучшие, там воины. Простые с прямым взглядом – серьезные, сосредоточенные, сильные, красивые – самые, самые лучшие, самые эталонные. Каждый из них – самый, самый прекрасный. А в тылах сидят персонажи, которые устраивают вечерники, оргии, поливают б… шампанским и смеются над туповатыми «Ваньками» на фронтах.

▪ ▪ ▪

Григорий Азаренок:

Вальс, и я поцелую тебе руку, когда будут корчиться Фукуяма, Леви и Киссинджер. Ты спросишь – что за звук, я скажу – не отвлекайся, танцуй.

Вальс, и я поцелую тебе руку, когда будут корчиться Фукуяма, Леви и Киссинджер. Ты спросишь – что за звук, я скажу – не отвлекайся, танцуй.

 

Бег: около 8 км.

27 / 06

Жарко. Сижу в закате жарко. Нет мелитопольской черешни. Надо прекратить курить. А еще – в Минске красивый пруд. Жила бы страна родная, и нету других забот. Страна Беларусь.

28 / 06

Хочется погрузиться опять в то междумирье под кодом «Новороссия», где нет телефона связи. Обстрелы есть. И сухпайки. Сухие пайки. Как теперь неприятно и невесело. Скучно и жарко. Нужен реабилитационный период.

Говорил, говорил, говорил, а я переводила тему на Гейтса, заговор и ковид.

Я даже сказала, что я – за локдаун, чтобы он меня разлюбил. Когда вдруг, обнаруживается еще один слой…

И ты такой: «Ну блин, вроде ж, все нормально было…»

(Рабочее!) Но, с другой стороны, все-таки все нормально.

29 / 06